Глава 51. Перси — Сын Нептуна 2 книга


 

Праздник ФорТУНЫ не имел никакого отношения к ТУНцу, что вполне устраивало Перси — он не сразу разобрался в значении этого римского слова.
Легионеры, амазонки и лары собрались в трапезной на щедрый обед. Приглашены были даже фавны — ведь они помогали перевязывать раненых после сражения. По залу носились нимфы ветра, доставляя заказы: пиццы, бургеры, стейки, салаты, китайскую еду, мексиканские лепешки буррито, — все это летало на огромной скорости.
Несмотря на утомительную битву, все присутствующие пребывали в хорошем настроении. Потери были невелики, и несколько легионеров, убитых в начале сражения, вернулись к жизни, как Гвен. Может быть, Танатос закрыл на это глаза. А может быть, их отпустил Плутон, как он сделал это для Хейзел. В любом случае никто не жаловался.
Цветастые знамена амазонок и римлян свисали рядом со стропил. Вернувшийся в лагерь золотой орел гордо стоял рядом со столом претора, а стены украшали множество рогов изобилия — магических устройств, из которых без конца сыпались фрукты, шоколад и свежее печенье.
Легионеры свободно смешивались с амазонками, перепрыгивали через столы, как им заблагорассудится, и на сей раз пятой когорте были рады повсюду. Перси так много раз менял место — он даже не помнил, что и сколько съел.
Много флиртовали и мерились силой (амазонки не брезговали ни тем ни другим). В какой-то момент Кинзи, амазонка, разоружившая Перси в Сиэтле, загнала его в угол. Ему пришлось объяснить, что у него уже есть девушка. К счастью, Кинзи отнеслась к этому с пониманием. Она рассказала ему, что произошло, после того как они покинули Сиэтл, — как Хилла победила Отреру в двух последовательных дуэлях до смерти, поэтому амазонки теперь именовали ее «царица Хилла Дважды Победительница».
— После второго раза Отрера не воскресла. За это мы должны быть благодарны тебе, — сказала Кинзи, подмигивая Перси. — Если тебе когда-нибудь понадобится новая девушка… эх, я думаю, ты бы прекрасно выглядел в металлическом ошейнике и оранжевом комбинезоне.
Перси так и не понял, шутит она или нет. Он вежливо поблагодарил амазонку и поменял место.
Когда все наелись и в воздухе перестали летать тарелки, Рейна произнесла короткую речь. Она официально приветствовала амазонок, поблагодарила их за помощь. Потом обняла свою сестру, и все зааплодировали.
Рейна подняла руку, призывая всех к тишине.
— Мы с сестрой не всегда сходились во взглядах…
— Это мягко сказано, — рассмеялась Хилла.
— Она стала амазонкой, — продолжала Рейна, — а я пришла в лагерь Юпитера. Но, глядя на присутствующих в этом зале, я думаю, мы обе сделали правильный выбор. Странным образом наши судьбы определились героем, которого вы только что на поле боя произвели в преторы, — Перси Джексоном.
Снова раздались радостные возгласы. Сестры подняли бокалы в честь Перси и жестами попросили его выйти вперед.
Все хотели, чтобы он произнес речь, но Перси не знал, что сказать. Он начал было говорить, что он не лучший кандидат на пост претора, но легионеры заглушили его слова аплодисментами. Рейна отобрала у него жетон легионера на испытательном сроке. Октавиан бросил в его сторону полный ненависти взгляд, потом повернулся к толпе и улыбнулся так, словно это была его идея. Он разодрал очередного плюшевого мишку и сделал хороший прогноз на будущий год — Фортуна их благословляет. Потом он коснулся пальцами руки Перси и прокричал:
— Перси Джексон, сын Нептуна, первый год службы!
На руке Перси зажглись римские символы: трезубец, SPQR и одна полоска. Такое ощущение, что к коже приложили раскаленное железо, но Перси сумел не закричать.
Октавиан обнял его и шепнул: «Надеюсь, тебе было больно».
Потом Рейна вручила ему медаль в виде орла и алую накидку — символы претора.
— Ты заслужил это, Перси.
Царица Хилла похлопала его по спине.
— А я решила не убивать тебя.
— О, спасибо!
Перси снова прошел по обеденному залу, поскольку все легионеры желали, чтобы он посидел за их столом. Следом за ним плелся лар Вителлий, путаясь в алой тоге и поправляя меч. Лар говорил всем, что именно он предсказал восхождение Перси к величию.
— Я требовал, чтобы он поступил в пятую когорту, — гордо заявлял призрак. — Я сразу почувствовал его талант!
Откуда-то возник фавн Дон с медицинским колпаком на голове и горками печенья в каждой руке.
— Поздравляю, приятель, и все такое! Классно! Кстати, у тебя мелочишки не найдется?
Перси смущался от такого внимания, но радовался, видя, как воздают должное Хейзел и Фрэнку. Все называли их спасителями Рима, и они этого заслуживали. Завели даже разговор о том, чтобы внести прадеда Фрэнка Шень Луня в список славы легиона. Ведь, в конечном счете, очевидно, что не он вызвал землетрясение тысяча девятьсот шестого года.
Перси посидел некоторое время с Тайсоном и Эллой, которые были почетными гостями за столом Дакоты. Тайсон все время просил сэндвичи с арахисовым маслом и поедал их с такой скоростью, что нимфы не успевали приносить добавку. Элла сидела у него на плече и щипала булочку с корицей.
— Булочки с корицей хорошо для гарпий, — сказала она. — Двадцать четвертое июня — хороший день. День рождения Роя Диснея. Праздник Фортуны. День независимости Занзибара. И Тайсона.
Она посмотрела на Тайсона, потом зарумянилась и отвернулась.

После обеда всему легиону была дана увольнительная. Перси с друзьями двинулись в город, еще не вполне пришедший в себя после сражения. Однако пожары уже были потушены, большая часть обломков убрана, а горожане исполнены решимости отпраздновать победу.
На статуе Терминуса, вновь установленной на линии померия, красовался бумажный шутовской колпак.
— Добро пожаловать, претор, — поприветствовал бог. — Если тебе понадобится размозжить голову какого-нибудь гиганта в городе, дай мне знать.
— Спасибо, Терминус. Буду иметь в виду.
— Отлично. Твоя преторская накидка слева на дюйм ниже, чем полагается. Ага, вот так — лучше. Где моя помощница? Юлия!
Из-за пьедестала выбежала маленькая девочка. Сегодня на ней было зеленое платье, волосы по-прежнему заплетены косичками. Когда она улыбнулась, Перси увидел, что у нее начали появляться передние зубы. Юлия держала коробку с карнавальными головными уборами.
Перси хотел было отказаться, но Юлия смотрела на него большими восхищенными глазами.
— Да, конечно, — сказал он. — Я возьму синюю корону.
Девочка предложила Хейзел золотую пиратскую шапку.
— Я стану Перси Джексоном, когда вырасту, — торжественно сообщила она Хейзел.
— Правильное решение, Юлия, — Хейзел улыбнулась и взъерошила ей волосы.
— Хотя, — сказал Фрэнк, выбирая шапку в форме головы белого медведя, — стать Фрэнком Чжаном тоже было бы неплохо.
— Фрэнк! — одернула его Хейзел.
Они надели шляпы и продолжили путь на Форум, подсвеченный разноцветными фонарями. Вокруг струящихся фонтанов мерцала алая аура. Кофейни работали вовсю, а уличные музыканты оглашали город переборами гитар, мелодиями лир, дудок и неприятными звуками, издаваемыми, кажется, из подмышек. (Перси не был уверен насчет последнего. Может быть, это старая римская традиция?).
Богиня Ирида, видимо, тоже пребывала в праздничном настроении. Когда Перси и его друзья проходили мимо Дома сената, в ночном небе возникла ослепительная радуга. К сожалению, богиня одарила их и другой благодатью — мягким дождичком из ненастоящих шоколадных пирожных (наверное в НАПРОЖОРе большие запасы), что, на взгляд Перси, могло либо затруднить стирку их одежды, либо ускорить восстановление города. Из этих пирожных при соответствующей выдержке могли получиться превосходные кирпичи.
Некоторое время Перси гулял по улицам вместе с Хейзел и Фрэнком, которые шли бок о бок, явно стесняясь взять друг друга за руки.
Наконец он сказал:
— Я немного устал, ребята. Вы идите без меня.
Хейзел и Фрэнк принялись возражать, но Перси понимал, что они хотят побыть вдвоем.
Возвращаясь в лагерь, он увидел, как миссис О’Лири играет с Ганнибалом на Марсовом поле. Наконец-то она нашла себе равного товарища для игр, которому можно намять бока без боязни отправить в Царство Мертвых. Адская гончая и слон скакали по полю, натыкались друг на друга, разрушали крепостные сооружения и вообще отлично проводили время.
У ворот крепости Перси остановился и посмотрел на долину. Казалось, сто лет прошло с тех пор, как он стоял здесь с Хейзел и впервые оглядывал лагерь. Теперь он смотрел на восток.
Завтра, может, послезавтра появятся его друзья из Лагеря полукровок. Да, лагерь Юпитера стал ему дорог, но Перси с нетерпением ждал встречи с Аннабет. Он тосковал по своей прежней жизни — Нью-Йорку и Лагерю полукровок, — но что-то говорило ему: он не скоро вернется домой. Гея и гиганты не прекратили свои козни.
Рейна предоставила ему дом второго претора на виа Принципалис, но стоило Перси заглянуть внутрь, как он понял, что не сможет там остаться. Нет, там было неплохо, но все внутри напоминало о Джейсоне Грейсе. Перси и без того чувствовал себя неловко, получив преторский титул Джейсона. Занимать еще и дом парня — нет, это было бы уже чересчур. Когда Джейсон вернется, может возникнуть неловкая ситуация, а Перси был уверен, что Джейсон возвращается на этом корабле с ростром в виде драконьей головы.
Перси направился в казарму пятой когорты и улегся на свою койку. Заснул он мгновенно.

Ему приснилось, что он переносит Юнону через Малый Тибр.
Она была в обличье старушки-нищенки, улыбалась и распевала древнегреческую колыбельную, ее морщинистые руки обнимали шею Перси.
— Ты все еще хочешь отвесить мне затрещину, дорогой? — спросила она.
Перси остановился посреди реки, отпустил богиню — и она свалилась в воду.
Но не успела Юнона коснуться воды, как исчезла, чтобы тут же появиться на берегу.
— Ай-ай, — захихикала она, — это был не самый героический твой поступок. Даже во сне!
— Восемь месяцев, — сквозь зубы проговорил Перси. — Ты похитила восемь месяцев моей жизни ради поиска, на который ушла неделя. Почему?
— Ах уж эти смертные с их короткими жизнями, — неодобрительно проворчала Юнона. — Восемь месяцев — это ничто, мой дорогой. Я как-то раз потеряла восемь веков, утратила большую часть Византийской империи.
Перси направил свою волю на поток, и вода запузырилась, забурлила вокруг него бурунами.
— Ну-ну. Не злись. Если мы хотим победить Гею, наши планы должны быть точно выверены во времени. Сначала мне потребовался Джейсон и его друзья, чтобы освободить меня из тюрьмы…
— Тебя из тюрьмы? Ты была в тюрьме и они тебя освободили?
— Не делай удивленного лица, дорогой! Я всего лишь слабая старушка. В любом случае, ты был не нужен в лагере Юпитера до этого времени, а теперь ты понадобился, чтобы спасти римлян в момент тяжелого кризиса. А промежуточные восемь месяцев… что ж, у меня много разных занятий. Противостоять Гее, действовать за спиной Юпитера, защищать твоих друзей… это отнимает все мое время! Если бы мне пришлось еще и защищать тебя от монстров и козней Геи, а к тому же прятать на востоке… нет, тебе было лучше проспать все это время в безопасности. Ты лишь отвлекал бы меня — ты ведь непредсказуемая личность.
— Отвлекал бы… — Перси чувствовал, как вода поднимается вместе с его злостью, закручивается вокруг него. — Непредсказуемая личность.
— Именно. Я рада, что ты понял.
Перси послал в сторону старушки сокрушительную волну, но Юнона просто исчезла, чтобы материализоваться подальше от реки.
— Ай-ай, — богиня насмешливо покачала головой, — у тебя дурное настроение. Но ты знаешь, что я права. Ты появился здесь точно вовремя. Теперь римляне тебе доверяют. Ты — герой Рима. А пока ты спал, Джейсон Грейс научился доверять грекам. У них было время построить «Арго II». Вы вместе с Джейсоном объедините лагеря.
— Почему я? — спросил Перси. — Мы с тобой всегда не ладили. Зачем тебе в твоей команде нужна непредсказуемая личность?
— Потому что я знаю тебя, Перси Джексон. Ты во многих отношениях импульсивен, но когда дело касается твоих друзей, то тут ты постоянен, как стрелка компаса. Ты никогда не предашь и пробуждаешь в других такую же преданность. Ты — тот клей, который спаяет семерку.
— Отлично, — сказал Перси. — Всегда хотел быть клеем.
Юнона сплела старческие, скрюченные пальцы.
— Герои Олимпа должны объединиться! После твоей победы над Кроносом на Манхэттене… понимаешь, я боюсь, ты уязвил самолюбие Юпитера.
— Потому что я был прав. А он — нет.
Старушка пожала плечами.
— Ему пора бы уже привыкнуть к этому после целой вечности брака со мной. Но, увы! Мой гордый и упрямый муж отказывается еще раз просить каких-то героев о помощи. Он верит, что и без вас можно победить гигантов, снова погрузить Гею в сон. Но я-то знаю, что это не так. Ты должен проявить себя. Только побывав в древней земле и закрыв Врата смерти, ты сможешь убедить Юпитера, что достоин того, чтобы боги сражались бок о бок с тобой. Это будет самый крупный поиск с тех пор, как Эней отплыл из Трои!
— А если нам не удастся? — спросил Перси. — Если римляне и греки не сумеют объединиться?
— Тогда считай, что Гея уже победила. Вот что я тебе скажу, Перси Джексон. Та, кто тебе ближе всего, она доставит тебе больше всего хлопот… та, кто так меня ненавидит.
— Аннабет? — Перси почувствовал новый приступ злости. — Ты ее никогда не любила. Теперь ты выставляешь ее смутьянкой? Ты ее совсем не знаешь. Я готов на нее положиться более, чем на кого-то другого.
— Посмотрим, юный герой. — Богиня натянуто улыбнулась. — Ей предстоит решить трудную задачу, когда вы прибудете в Рим. По силам ли ей это… не знаю.
Перси сформировал водяной кулак и попытался достать им старушку. Когда волна спала, Юнона исчезла.
Река вздыбилась, выйдя из-под контроля Перси. Он погрузился в темноту водяного вихря.