Глава 46. Фрэнк — Сын Нептуна 2 книга


 

Фрэнк развернул тряпочку, взял в руки деревяшку и присел у ног Танатоса.
Спиной он ощущал присутствие Перси, тот размахивал мечом и выкрикивал оскорбления в адрес смыкающихся вокруг них призраков. Он услышал, как зарычал гигант и сердито заржал Арион, но не осмелился поднять взгляд.
Руки Фрэнка дрожали. Он поднес обгоревшую дощечку к цепи, которой была скована правая нога Смерти. Он подумал об огне, и деревяшка тут же загорелась.
Жуткое тепло разлилось по телу Фрэнка. Обледеневший металл начал плавиться, пламя горело так ярко, что слепило глаза сильнее, чем лед.
— Хорошо, — проговорил Танатос. — Очень хорошо, Фрэнк Чжан.
Фрэнк слышал о том, что перед смертью вся жизнь пробегает перед глазами умирающего. Теперь он убедился, что это не пустые слова. Он увидел маму в тот день, когда она улетала в Афганистан. Она улыбалась и обнимала его. Он старался вдыхать ее жасминовый запах, чтобы никогда его не забыть.
«Я всегда буду гордиться тобой, Фрэнк, — сказала она. — Настанет день — и ты пойдешь дальше, чем я. Ты замкнешь круг нашей семьи. А потом пройдут годы, и наши потомки будут рассказывать о герое Фрэнке Чжане, их прапрапра…» Она легонько, как в старые времена, шлепнула его по животу.
Потом Фрэнк увидел себя на садовой скамейке у Лосиного перевала, когда он смотрел на звезды и северное сияние, а Хейзел мирно посапывала рядом. Перси сказал ему: «Фрэнк, ты — лидер. Ты нужен нам».
Он вспомнил, как Перси провалился в трясину и как Хейзел прыгнула за ним. Вспомнил, как он остался один и держал лук… каким абсолютно беспомощным Фрэнк чувствовал себя тогда! Он взмолился богам — даже Марсу, — просил их помочь его друзьям, но знал, что власть богов сюда не распространяется.
Со звоном развалилось первое звено. Фрэнк быстро переместил огонь под цепь, сковывавшую другую ногу Смерти.
И рискнул бросить взгляд через плечо.
Перси сражался, как вихрь. Да что там — он и был вихрем. Небольшой смерч из воды и ледяных паров крутился вокруг него — он нападал на врагов, отгонял римских призраков, отражая их копья и стрелы. Откуда у него такая сила?
Перси врубался в ряды противника, двигался сквозь них, и хотя возникало впечатление, будто при этом он оставляет Фрэнка без защиты, враг был полностью поглощен этой схваткой. Фрэнк не понимал, куда направляется Перси… но потом увидел. На одном из черных дымчатых призраков была львиная накидка знаменосца, и в руке он держал шест с золотым орлом, покрытым инеем и мелкими сосульками.
Штандарт легиона!
Фрэнк увидел, как Перси пробивается сквозь ряды легионеров, разбрасывает их щиты своим персональным смерчем. Вот он сбил с ног знаменосца и схватил орла.
— Хотите его вернуть? — прокричал Перси призракам. — Попробуйте!
Он отвлекал их, и Фрэнк восхитился его смелой стратегией. Да, эти призраки хотели удержать в плену Танатоса, но прежде всего они были римскими легионерами. Их разум в лучшем случае был затуманен, как и у духов, которых Фрэнк видел в Полях асфоделей, но одно они помнили четко: они должны защищать своего орла.
И все же Перси не мог бесконечно сражаться с таким количеством врагов. Невозможно долго оставаться вихрем. Несмотря на холод, на его лице уже выступили капельки пота.
Фрэнк поискал взглядом Хейзел — ни ее, ни гиганта не было видно.
— Смотри на огонь, мальчик, — остерег его Смерть. — У тебя его мало — нельзя тратить попусту.
Фрэнк выругался. Он отвлекся и не заметил, что расплавилось второе звено цепи.
Теперь Фрэнк перенес огонь на цепь, сковывавшую правую руку бога. Деревяшка уже сгорела почти наполовину. Фрэнка затрясло. Перед его глазами снова замелькали воспоминания. Он увидел Марса, сидящего рядом с кроватью бабушки, бог уставился на него ужасными глазами — ядерными взрывами. «Ты — секретное оружие Юноны. Ну, ты уже сообразил, в чем состоит твой дар?»
Потом Фрэнк услышал голос матери: «Ты можешь быть кем угодно».
Потом он увидел строгое лицо бабушки, ее кожу, тонкую, как рисовая бумага, седые волосы, разметавшиеся по подушке. «Да, Фрэнк Чжан. Твоя мать не просто хотела повысить твою самооценку. Она говорила тебе правду в буквальном смысле».
Фрэнк вспомнил медведицу гризли, которую его мать перехватила на краю леса. Большую черную птицу, кружащую над пламенем, в котором сгорал дом их семьи.
Звякнула, спадая, третья цепь. Фрэнк перенес горящую дощечку к последней цепи, сковывавшей бога. Боль пронзила его. Перед глазами плясали желтые пятна.
Он увидел Перси в конце виа Принципалис, отбивающегося от армии призраков. Перси перевернул колесницу и разрушил несколько зданий, но каждый раз, когда он отбрасывал водяным вихрем волну нападающих, они просто вставали и снова шли в атаку. Стоило Перси разрубить одного из них своим мечом, как тот тут же возрождался. Перси отступил практически до самого предела. За его спиной были боковые ворота, а еще в двадцати футах — пропасть, конец ледника.
Что касается Хейзел, то в ходе ее схватки с Алкионеем была разрушена большая часть казарм. Теперь они сражались у руин перед главными воротами. Арион затеял опасную игру в пятнашки с гигантом — скакал вокруг Алкионея, а тот пытался припечатать его своим посохом, оставляя громадные расщелины во льду. Только скорость Ариона спасала коня и всадницу.
Наконец звякнула последняя цепь, удерживающая Смерть. С отчаянным криком Фрэнк сунул остатки деревяшки в снежный сугроб и погасил огонь. Боль стихла. Он все еще был жив. Но когда Фрэнк вытащил из снега свою дощечку, оказалось, что от нее осталось всего ничего — не больше сникерса.
Танатос вскинул руки.
— Свободен, — удовлетворенно провозгласил он.
— Отлично. — Фрэнк моргнул, прогоняя точки из глаз. — Так сделай что-нибудь!
— Сделать что-нибудь? — Танатос неторопливо улыбнулся. — Конечно. Я буду наблюдать. Те, кто погибнет в этом сражении, останутся мертвыми.
— Спасибо, — пробормотал Фрэнк, засовывая остаток деревяшки в карман. — Ты так любезен.
— Не за что, — миролюбиво ответил Танатос.
— Перси! — прокричал Фрэнк. — Теперь они могут умирать!
Перси кивнул, подтверждая, что понял, но видно было — он на пределе. Его ураган поутих. Удары становились медленнее. Вся армия призраков наступала на него, постепенно отжимая к краю ледника.
Фрэнк натянул лук, но опустил его. Обычные стрелы из охотничьего магазина в Сьюарде здесь были бессильны. Фрэнк должен воспользоваться своим даром.
Ему показалось, что он понял наконец, в чем этот дар состоит. Глядя на горящую деревяшку, ощущая едкий запах дыма собственной жизни, он приобрел какую-то странную уверенность.
«Справедливо ли, что твоя жизнь сгорит так быстро и ярко?» — спросил у него Танатос.
«Нет такого понятия, как справедливость, — сказал себе Фрэнк. — Если уж мне суждено сгореть, то я хочу гореть ярко».
Он шагнул в сторону Перси. В этот момент с другого конца лагеря раздался крик Хейзел. Заржал и Арион — гиганту удалось нанести точный удар. Его посох послал коня и наездника кувырком по льду, прямо на бастионы.
— Хейзел! — Фрэнк оглянулся на Перси, жалея, что при нем нет копья. Если бы он сейчас мог вызвать Серого… ведь сам он не может находиться в двух местах одновременно.
— Помоги ей! — закричат Перси, высоко держа золотого орла. — Я с ними справлюсь!
Фрэнк понимал, что Перси не справится. Сын Посейдона едва держался на ногах. Но Фрэнк бросился на помощь Хейзел.
Она лежала, наполовину погребенная грудой снежных кирпичей, еще недавно бывших бастионом. Арион, стоя над ней, пытался защитить девушку, вскидывался на дыбы, грозя гиганту передними копытами.
— Хэй, лошадка, — рассмеялся гигант. — Хочешь поиграть?
Алкионей занес посох.
Фрэнк находился слишком далеко, чтобы прийти на помощь… но он представил, как летит вперед, и его ноги оторвались от земли.
«Ты можешь быть чем угодно».
Он вспомнил орлов без перьев, которых они видели из окна поезда. Его тело стало меньше и легче, руки вытянулись в крылья, глаза приобрели тысячекратную зоркость. Фрэнк воспарил вверх, а потом спикировал на гиганта, выставив вперед острые как бритва когти, и царапнул врага по глазам.
Алкионей взвыл от боли. Он отпрянул назад, а Фрэнк приземлился перед Хейзел и вернулся в свой обычный облик.
— Фрэнк… — Девушка недоуменно смотрела на него, с ее головы сползала шапка из снега. — Что ты… как тебе?..
— Глупец! — прокричал Алкионей. Лицо его было здорово расцарапано, из глаз вместо крови капала черная нефть. Но раны уже начали затягиваться. — Я бессмертен на моей земле, Фрэнк Чжан! А благодаря твоей подружке Хейзел моя новая земля — Аляска. Ты не можешь убить меня здесь!
— Посмотрим, — сказал Фрэнк. Его ноги и руки наливались силой. — Хейзел, садись на коня.
Гигант пошел в атаку, и Фрэнк тоже перешел в нападение. Он вспомнил медведицу, с которой столкнулся нос к носу, будучи ребенком. Он побежал, и тело его на бегу становилось тяжелее, плотнее, мускулы выпирали из-под кожи. Он врезался в гиганта как взрослый медведь гризли — тысяча фунтов чистой силы. Хотя в сравнении с Алкионеем он все еще был мал, инерция броска оказалась настолько велика, что гигант влетел спиной в ледяную наблюдательную башню и та обрушилась на него.
Фрэнк тут же прыгнул на голову гиганта. Удар его когтей был равен удару бензопилой, нанесенному боксером-тяжеловесом. Фрэнк молотил по лицу Алкионея, пока металлические черты не начали проминаться под его руками-лапами.
— Уррр, — рычал гигант, пребывавший в полубессознательном состоянии.
Фрэнк вернулся в свою обычную форму. Его рюкзак все еще был при нем. Он схватил веревку, купленную в Сьюарде, быстро соорудил петлю и набросил ее на чешуйчатую драконью ногу монстра.
— Хейзел, держи! — Он швырнул ей другой конец веревки. — У меня идея, но мы должны…
— Убью… ггг… тебя… гг… — пробормотал Алкионей.
Фрэнк подбежал к голове гиганта, нашел ближайший тяжелый предмет — таковым оказался щит легионера — и впечатал его в нос Алкионея.
— Уррр.
— Как далеко Арион может оттащить этого типа? — тяжело дыша, спросил Фрэнк у девушки.
Хейзел смотрела на него, раскрыв рот.
— Ты… ты был птицей. Потом медведем. И…
— Объясню потом. А пока мы должны как можно скорее и как можно дальше оттащить этого типа на материк.
— Но Перси?..
Фрэнк выругался. Как же он мог забыть?
За руинами лагеря, у самого обрыва он увидел Перси. Его вихрь иссяк. В одной руке Перси держал Анаклузмос, в другой — золотого орла легиона. На него наступала вся армия призраков, ощетинившихся оружием.
— Перси! — прокричал Фрэнк.
Перси посмотрел в его сторону. Увидел упавшего гиганта и, казалось, понял, что происходит. Он прокричал что-то — кажется, «бегите!», — но ветер унес в сторону его слова.
После этого он вонзил Анаклузмос в лед у своих ног. Весь ледник сотрясся. Призраки попадали на колени. За спиной Перси из залива хлынула волна — стена серой воды, еще более высокой, чем ледник. Вода фонтанировала из щелей и трещин во льду. Волна ударила — и задняя часть лагеря обрушилась. Весь край лагеря словно корова языком слизнула — он обрушился в пустоту, унося с собой здания, призраков и Перси Джексона.