Глава 37. Перси — Сын Нептуна 2 книга


 

Самолеты или каннибалы? И то и другое хуже некуда.
Перси предпочел бы ехать на «кадиллаке» бабушки Чжан до самой Аляски — и пусть за ним гонятся великаны-людоеды, кидая взрывающиеся ядра. Все лучше, чем сидеть в роскошном бизнес-джете «Гольфстрим».
Перси уже приходилось летать. Подробности были как в тумане, но он помнил черного пегаса по имени Пират. Он даже в самолете раз или два побывал. Но воздух — не родная стихия для сына Нептуна (или Посейдона — какая разница). Каждый раз, когда самолет попадал в воздушную яму, сердце Перси начинало бешено колотиться, и ему казалось, что Юпитер сейчас скинет их с небес.
Он пытался сосредоточиться на разговоре Фрэнка и Хейзел. Хейзел уверяла Фрэнка, что он сделал все возможное для своей бабушки. Фрэнк спас их от лестригонов, с его помощью они улетели из Ванкувера. Он проявил невероятное мужество.
Фрэнк не поднимал головы, видимо, стыдился своих слез, но Перси понимал его. Бедняга только что потерял бабушку и видел, как горит его дом. Перси считал, что если ты и всплакнул по такому поводу, то от этого не перестал быть мужчиной, в особенности если еще отразил атаку целой армии великанов, которые собирались зажарить тебя на завтрак.
Перси все еще никак не мог переварить тот факт, что Фрэнк — его отдаленный родственник. Кем ему приходится Фрэнк? Тысячеюродным племянником? Нет, словами это не передать.
Фрэнк так толком и не сказал, в чем заключается его «семейный дар», но, пока они летели на север, сообщил подробности своего разговора с Марсом предыдущей ночью. Он рассказал о пророчестве, которым облагодетельствовала его Юнона, когда он был младенцем, о том, что его жизнь зависит от обгоревшей дощечки и что он попросил Хейзел хранить ее.
Кое о чем Перси уже и сам догадался. Хейзел и Фрэнк, очевидно, пережили совместно какое-то безумное приключение, когда они вырубились вместе, и заключили между собой какой-то договор. Это объясняло также, почему даже теперь Фрэнк по привычке проверяет карман своей куртки и почему он так нервничает, когда рядом огонь. И все же Перси восхищался мужеством, которое проявил Фрэнк, отправившись в поиск, — ведь он знал, что одного язычка пламени хватит, чтобы погасить его жизнь.
— Фрэнк, — сказал он, — я горжусь, что мы с тобой родня.
У Фрэнка покраснели уши. Голова у него оставалась опущенной, его солдатская стрижка напоминала острую черную стрелу, направленную вниз.
— У Юноны какие-то планы на нас… относительно пророчества семи.
— Да, — проворчал Перси. — В обличье Геры она мне не нравилась. Но и как Юнона она ничуть не лучше.
Хейзел поджала под себя ноги. Она разглядывала Перси светящимися золотистыми глазами, и он не мог понять, как она умудряется сохранять спокойствие. Хейзел была младшей из них троих, но всегда сплачивала их маленький отряд и утешала спутников. Теперь они летели на Аляску, где она уже один раз умерла. Они хотят освободить Танатоса, который может забрать ее назад, в Царство Мертвых. Но Хейзел не выказывала ни малейшего проявления испуга. Перси же чувствовал себя неуютно — сам-то он боялся воздушных ям.
— Ведь ты сын Посейдона? — спросила она. — Ты греческий полубог.
Перси ухватился за свой шнурок с бусинами.
— Я начал вспоминать кое-что в Портленде, выпив кровь горгоны. И с тех пор воспоминания медленно возвращаются ко мне. Есть и другой лагерь — Лагерь полукровок.
От одних этих слов тепло разлилось по телу Перси. Приятные воспоминания нахлынули на него: запах полей клубники под теплым летним солнцем, фейерверки, освещающие берег четвертого июля — в День независимости, сатиры, играющие на флейтах у вечерних костров, и поцелуй в лодке на озере.
Хейзел и Фрэнк уставились на Перси, словно он перешел на другой язык.
— Другой лагерь! — повторила Хейзел. — Греческий лагерь? Боги, если Октавиан узнает…
— Он объявит войну, — дополнил Фрэнк. — Он всегда был уверен в существовании греков, которые строят козни против нас. Он считал Перси шпионом.
— Вот почему Юнона прислала меня, — сказал Перси. — То есть прислала не как шпиона. Я думаю, тут произошло что-то вроде обмена. Ваш друг Джейсон — я думаю, его отправили в мой лагерь. В моих снах я видел полубога — это, наверно, он и есть. Он находился с некоторыми другими полукровками на каком-то летающем боевом корабле. Думаю, они направляются на помощь лагерю Юпитера.
Фрэнк нервно забарабанил пальцами по спинке сиденья.
— Марс сказал, Юнона хочет, чтобы греки и римляне объединились для борьбы с Геей. Но между ними такая давняя и кровавая вражда.
— Может быть, поэтому боги так долго разделяли нас. — Хейзел глубоко вздохнула. — Если греческий военный корабль появится в небе над лагерем Юпитера, а Рейна не будет знать, что это союзники…
— Да, — согласился Перси. — Когда вернемся, нужно будет объяснить все это. Только очень аккуратно.
— Если вернемся, — сказал Фрэнк.
Перси неохотно кивнул.
— Я хочу сказать, я вам доверяю, ребята. Надеюсь, и вы мне доверяете. Я чувствую… вы мне так же близки, как и мои старые друзья в Лагере полукровок. Но другие полубоги в обоих лагерях… там будет много подозрений.
И тут Хейзел сделала то, чего Перси от нее совсем не ожидал. Она подалась вперед и поцеловала его в щеку. Это был абсолютно сестринский поцелуй. Но Хейзел улыбнулась с такой любовью, что Перси бросило в жар.
— Конечно, мы тебе доверяем, — сказала девушка. — Мы теперь одна семья. Правда, Фрэнк?
— Конечно. А меня поцеловать?..
Хейзел рассмеялась, но в ее смехе слышалось нервное напряжение.
— Ну так что мы будем делать теперь?
Перси глубоко вздохнул. Время уходило. Двадцать третье июня прошло уже почти наполовину, а завтра ожидался Праздник Фортуны.
— Мне нужно связаться с другом… я дал обещание Элле.
— Как? — спросил Фрэнк. — Почтой Ириды?
— Она все еще не работает, — грустно сказал Перси. — Я пробовал вчера в доме твоей бабушки. Без толку. Может, потому, что мои воспоминания не до конца восстановились? Или боги перекрыли связь. Надеюсь, мне удастся связаться с другом во сне.
Самолет провалился в очередную воздушную яму, и Перси ухватился за подлокотники сиденья. Под ним сквозь одеяло облаков проглядывали заснеженные горные хребты.
— Не знаю, смогу ли уснуть… Но я должен попробовать. Мы не можем оставить там Эллу одну в окружении всех людоедов.
— Да, — согласился Фрэнк. — Нам еще несколько часов лететь. Ложись на кушетку, приятель.
Перси кивнул. Он чувствовал уверенность оттого, что Хейзел и Фрэнк будут присматривать за ним. Перси сказал им правду — он им доверял. В той странной и страшной действительности, куда он был заброшен, — вырванный из прошлой жизни, даже без воспоминаний о ней. — Хейзел и Фрэнк стали для него лучиками света.
Перси вытянулся, закрыл глаза и представил, что падает с ледяной горы в холодное море.

Сон перенес его назад. Перси снова был в Ванкувере, стоял перед руинами семейного дома Чжан. Лестригоны ушли. От дома остались только выгоревшие стены. Пожарные сворачивали свое оборудование, готовились к отъезду. Газон был похож на поле боя — дымящиеся кратеры и траншеи, образовавшиеся при взрыве системы полива.
На опушке леса бегала гигантская лохматая собака, нюхая деревья. Пожарные ее не замечали.
У одного из кратеров стоял на коленях циклоп в джинсах не по размеру. В его растрепанных, влажных от дождя волосах виднелись комья грязи. Когда он поднял голову, оказалось, что его большой карий глаз красен от слез.
— Близко! — простонал он. — Так близко, но поздно!
У Перси сердце разрывалось, когда он услышал, сколько боли и тревоги в голосе этого великана, но он знал, что на разговор у них есть всего несколько секунд. Кромки его видения уже размывались. Если Аляска лежала за пределами влияния богов, то, вероятно, чем дальше они летели на север, тем труднее будет связываться с друзьями. Даже во сне.
— Тайсон! — позвал он.
— Перси? Братишка? — Циклоп с безумным видом заозирался.
— Тайсон, я в порядке. Я здесь… ну не совсем здесь.
Тайсон ухватил воздух, словно пытался поймать муху.
— Я тебя не вижу! Где мой брат?
— Тайсон, я лечу на Аляску. Я в порядке. Я вернусь. Найди Эллу. Это гарпия с красными перьями. Она прячется в лесу у дома.
— Найти гарпию? Красную гарпию?
— Да! Защити ее, ладно? Она мой друг. Доставь ее в Калифорнию. В Окленд-Хиллз есть лагерь полубогов — лагерь Юпитера. Жди меня над туннелем Калдекотт.
— Окленд-Хиллз… Калифорния… туннель Калдекотт. — Он повернулся к собаке и закричал: — Миссис О’Лири! Мы должны найти гарпию.
— Гав! — отозвалась собака.
Лицо Тайсона начало растворяться.
— Мой брат жив? Мой брат возвращается? Я скучаю без тебя!
— Я тоже без тебя скучаю, — сказал Перси, стараясь, чтобы его голос не дрожал. — Скоро увидимся. Будь осторожен! На юг идет армия гигантов. Скажи Аннабет…
Сон переменился.
Перси оказался на холмах к северу от лагеря Юпитера, он смотрел на Марсово поле и Новый Рим. У форта звучали рожки, созывая легионеров.
Слева и справа от Перси выстроилась громадная армия — кентавры с бычьими рогами, шестирукие землерожденные, злобные циклопы в доспехах из металлолома. Осадная башня циклопов отбрасывала тень на ноги гиганта Полибота, который усмехался, глядя на римский лагерь. Он нетерпеливо ходил по холму, с его зеленых волос падали змеи, его драконьи ноги сминали небольшие деревья. На зелено-синих доспехах красовались физиономии голодных монстров, которые, казалось, подмигивали при его движении.
— Да. — Он усмехнулся и вонзил трезубец в землю. — Дуйте в свои рожки, римляне. Я пришел уничтожить вас! Стено!
Из кустов выбежала горгона. Ее ядовито-зеленые волосы и жилетка из «Баргин-Марта» представляли собой жуткое сочетание.
— Да, хозяин! — выкрикнула она. — Хочешь «щенка в одеяле»?
Горгона сунула ему поднос с бесплатными образцами из супермаркета.
— Ммм, — пробормотал Полибот. — Какой породы щенок?
— Вообще-то это не щенки. Это маленькие хот-доги, но они продаются на этой неделе…
— Тьфу! Брось это! Наши силы готовы к атаке?
— Ой… — Стено быстро отскочила назад, чтобы не быть растоптанной ногой гиганта. — Почти, о великий. Ма Гаскет и половина ее циклопов остановились в Напе. Какая-то там у них дегустация вин намечается. Они обещали быть здесь завтра к вечеру.
— Что?! — Гигант оглянулся, словно только сейчас заметил, что большая часть его армии отсутствует. — Проклятье! У меня от этой циклопихи геморрой будет! Дегустация вин?
— Кажется, там будут еще крекеры и сыр, — услужливо сказала Стено. — Хотя «Баргин-Март» предлагает куда лучшие условия.
Полибот выдрал из земли дуб и зашвырнул его в долину.
— Циклопы! Слушай меня, Стено. Когда я уничтожу Нептуна и стану властвовать над океанами, мы пересмотрим контракт с циклопами. Ма Гаскет будет знать свое место! Так, какие новости с севера?
— Полубоги летят на Аляску. Прямо к своей смерти. К смерти с маленькой буквы «с», я хочу сказать. Не к пленнику по имени Смерть. Хотя, я думаю, они летят и к нему.
Полибот заворчал.
— Лучше чтобы Алкионей пощадил сына Нептуна, как обещал. Я хочу, чтобы он в цепях валялся у моих ног и я мог сам убить его, когда придет время. Его кровь окропит камни горы Олимп и оросит матушку-землю! Что слышно от амазонок?
— Ничего. Мы пока не знаем, кто победил на дуэли вчера вечером, но тут только вопрос времени — Отрера победит и придет к нам на подмогу.
— Ммм. — Полибот рассеянно выскреб несколько гадюк из своих волос. — Что ж, мы дождемся их. Завтра на заходе солнца начинается Праздник Фортуны. И тогда мы начнем вторжение — с амазонками или без них. А пока разбиваем лагерь здесь — на холме.
— Да, великий! — Стено обратилась к армии: — Всем «щенки в одеяле»!
Монстры разразились радостными криками.
Полибот распростер перед собой руки, словно охватывая долину.
— Дуйте в ваши жалкие рожки! Вскоре наследство Рима будет уничтожено окончательно!
Сновидение поблекло.
Перси дернулся и пробудился. Самолет начал снижение.
— Хорошо поспал? — Хейзел положила руку ему на плечо.
Перси сел. Голова у него кружилась.
— Сколько я спал?
Фрэнк стоял в проходе, укладывая копье и новый лук в лыжный чехол.
— Несколько часов, — сказал он. — Мы почти прилетели.
Перси посмотрел в иллюминатор. Между заснеженными горами серебрилась вода кривых бухточек. Вдали виднелся город, врезавшийся в скалы, с одной стороны к нему примыкал густой лес, а с другой — покрытый льдом берег.
— Добро пожаловать на Аляску, — проговорила Хейзел. — Власть богов сюда не распространяется.