Глава 20. Хейзел — Сын Нептуна 2 книга


 

На миг Хейзел растерялась не меньше, чем карпои. Но тут в поле зрения появились Фрэнк и Перси и принялись молотить по всем растениям, что попадались им под руку. Фрэнк поразил стрелой Ячмень, и тот рассыпался на зернышки, Перси разрубил Сорго и бросился к Просу и Овсу. Хейзел спрыгнула на землю и присоединилась к схватке.
Несколько минут — и все карпои превратились в горстки семян и разные сухие завтраки. Пшено начал было формироваться снова, но Перси достал зажигалку из рюкзака и щелкнул ею.
— Только попробуй, — предупредил он, — и я подожгу все это поле. Оставайся мертвым. И не суйтесь к нам. Или трава загорится!
Фрэнк поморщился, словно пришел в ужас от этой мысли. Хейзел не поняла почему, но все равно крикнула кучкам зерна:
— Он это сделает! Он психованный!
Остатки карпои разнес по полю ветер. Фрэнк забрался на камень, чтобы увидеть, как их разметет.
Перси погасил зажигалку и подмигнул Хейзел.
— Молодец, что закричала. Иначе бы нам тебя не найти. Как тебе удалось так долго продержаться?
— Зацепилась. За сланец! — Она указала на камень.
— Что-что?
— Ребята! — позвал Фрэнк с верхушки камня. — Вы должны это увидеть.
Перси и Хейзел забрались к нему. Как только Хейзел поняла, на что смотрит Фрэнк, она резко выкрикнула:
— Перси, никакого света. Убери свой меч!
— За сланец! — Перси прикоснулся к кончику меча, и тот превратился в авторучку.
Внизу они увидели армию на марше.
Там, где проселочная дорога разветвлялась, направляясь на юг и на север, поле переходило в глубокий овраг. По другую сторону дороги до горизонта тянулись травянистые холмы без всяких следов деятельности человека, если не считать небольшого темного здания магазина на вершине ближайшего холма.
А весь овраг был заполнен монстрами — колонна за колонной направлялись они на юг, их было столько и шли они таким плотным строем, что Хейзел удивилась: как это они не слышали ее крика.
Они втроем прижались к камню, в растерянности наблюдая, как мимо промаршировало несколько десятков крупных волосатых гуманоидов, с телами, покрытыми звериной шерстью и частично защищенными помятыми доспехами. У существ было по шесть рук — по три с каждой стороны, и потому они походили на пещерных людей, эволюционировавших из насекомых.
— Гегенеи, — прошептала Хейзел. — Землерожденные.
— Ты уже сражалась с ними? — спросил Перси.
Она покачала головой.
— Нет, только слышала про них в лагере на уроке монстроведения.
Занятия по изучению монстров ей никогда не нравились — все эти чтения Плиния Старшего и других замшелых авторов, которые писали о сказочных чудовищах, обитающих на границах Римской империи. Хейзел верила в существование монстров, но некоторые описания казались ей такими дикими, что она считала их чем-то вроде нелепых слухов.
Только вот теперь мимо нее маршировала целая армия этих «слухов».
— Землерожденные сражались с аргонавтами, — пробормотала она. — А вон эти, за ними…
— Кентавры, — удивился Перси. — Но… тут что-то не так. Кентавры — славные ребята.
Фрэнк фыркнул.
— Нет, нас в лагере учили не так. Кентавры психованные, они постоянно напиваются и убивают героев.
Хейзел смотрела, как мимо нее рысцой проскакали люди-кони. Человеческий торс, а ниже пояса — лошадь. Одеты они были в варварские доспехи из шкур и бронзы, а их вооружение составляли копья и пращи. Поначалу Хейзел показалось, что на них шлемы викингов, но потом поняла, что из лохматой шевелюры кентавров торчат настоящие рога.
— У них разве есть бычьи рога? — спросила она.
— Может, это какой-то особый вид, — предположил Фрэнк. — Давай не будем у них об этом спрашивать.
Перси посмотрел вдаль, и его лицо помрачнело еще сильнее.
— О боги… циклопы.
И верно: следом за кентаврами топал отряд одноглазых великанов, мужского и женского пола, каждый высотой около десяти футов в доспехах из металлолома. На шести монстрах была упряжь, словно на быках, и они тащили осадную башню высотой в два этажа, оснащенную гигантской баллистой.
— Циклопы, кентавры… — Перси обхватил голову руками. — Нет, так не должно быть. Не должно…
При виде такой армии кто угодно мог впасть в отчаяние, но Хейзел понимала, что Перси горюет не от этого. В лунном свете он казался болезненно бледным, словно воспоминания возвращались к нему и больно жалили его мозг.
Хейзел посмотрела на Фрэнка.
— Нужно отвести его назад к лодке — на море ему станет лучше.
— Не вопрос, — сказал Фрэнк. — Их слишком много. Лагерь… мы должны предупредить лагерь.
— Они знают, — простонал Перси. — Рейна знает.
В горле у Хейзел застрял комок. Легион не мог сражаться с таким количеством монстров. Если они удалились от лагеря всего на несколько сотен миль, то их поиск уже был обречен. Им не добраться до Аляски и не вернуться ко времени.
— Идем, — сказала она. — Давайте побыстрее…
Потом Хейзел увидела гиганта.
Когда он появился из-за горного хребта, Хейзел решила, что глаза обманывают ее. Он был выше осадной башни — не меньше тридцати футов, с чешуйчатыми драконьими ногами, как у комодского варана, от талии до земли, а выше пояса он был облачен в сине-зеленые доспехи. Его нагрудник имел форму нескольких рядов голодных физиономий — чудовищ с открытыми ртами, требующими еды. Лицо у гиганта было человеческое, а волосы растрепанные и зеленые, словно куст морских водорослей. Он вертел головой из стороны в сторону, и с его волос падали змеи. Гадючья перхоть.
Гигант был вооружен громадным трезубцем и тяжелой сетью. От одного вида этого оружия Хейзел стало нехорошо. Она много раз видела такое оружие на занятиях по гладиаторским боям — оружие для самого коварного, опасного, смертельного сражения. Они видели перед собой громадного гладиатора.
— Кто это? — Голос Фрэнка дрожал. — Это не…
— Это не Алкионей, — слабым голосом проговорила Хейзел. — Это, я думаю, один из его братьев. О нем говорил Терминус. Духи зерна тоже его упоминали. Это Полибот.
Девушка не понимала, откуда ей это известно, но даже с такого расстояния она чувствовала ауру его силы. Хейзел помнила, что такая же сила исходила из Сердца Земли, когда она растила Алкионея, — она словно стояла рядом с мощным магнитом, и все железо в ее крови притягивалось к нему. Этот гигант был еще одним сыном Геи — существом земли, таким злобным и сильным, что излучал собственное гравитационное поле.
Хейзел знала, что им нужно уходить. Если существо такого роста посмотрит в их направлении, то их непременно заметит. Но она чувствовала: сейчас должно произойти что-то важное. Ребята спустились с камня и продолжили наблюдение.
Когда гигант подошел поближе, из циклоповых рядов вышла циклопиха и подбежала к нему. Она была огромной, жирной и невыносимо уродливой, в кольчужных доспехах, похожих на длинное свободное платье, но рядом с гигантом выглядела ребенком.
Циклопиха указала на магазин на вершине ближайшего холма и пробормотала что-то насчет еды. Гигант проревел ей какие-то слова в ответ, словно бы в раздражении. Циклопиха пролаяла приказ своим собратьям, и трое из них побежали следом за ней по холму.
Когда они преодолели половину пути до магазина, ослепительный свет превратил ночь в день. На какое-то время Хейзел перестала видеть. Внизу в армии врагов воцарился хаос, монстры кричали от боли и ярости. Хейзел прищурилась. У нее было такое чувство, будто она из темного зала вышла на солнечный день.
— Слишком красиво! — визжали циклопы. — Жжет глаза.
Вокруг магазина на холме появилась радуга, такая низкая и яркая, каких Хейзел еще не видела. Свет был заякорен у фундамента здания и уходил в небеса, окружающее пространство мерцало ярким радужным многоцветьем.
Циклопиха подняла дубинку и устремилась на магазин. Когда она ударила по радуге, от ее тела пошел пар. Она взвыла от боли, уронила дубинку и отступила — на ее руках и коже появилось множество волдырей.
— Ужасная богиня! — взревела она, глядя на здание. — Дай нам поесть!
Другие монстры бешено атаковали магазин, но тут же бросились прочь, обожженные светом радуги. Некоторые кидали в здание камни, копья, мечи, даже части своих доспехов, и все это загоралось пламенем самых радужных расцветок.
Наконец гигант, казалось, понял, что его армия зря изводит боеспособное оружие.
— Прекратить! — взревел он.
Не без труда, пинками, криками и ударами, он сумел добиться послушания от своего войска. Когда монстры успокоились, он сам подошел к дому, окруженному радугой, и прошелся по границе света.
— Богиня! — прокричал он. — Выйди и сдайся!
Ответа из магазина не последовало. Радуга продолжала мерцать.
Гигант поднял трезубец и сеть.
— Я — Полибот. Склонись предо мной, чтобы я мог быстро тебя уничтожить.
Это явно не произвело никакого впечатления на того, кто находился в доме. Небольшой предмет выплыл из окна и приземлился у ног гиганта, который заорал:
— Граната!
Он закрыл лицо руками. Его войско упало на землю.
Но когда этот предмет не взорвался, Полибот осторожно присел и подобрал его.
Потом раздался его разгневанный рев:
— Пирожное «динг-донг»? Как ты смеешь оскорблять меня?! — Он швырнул пирожным в здание, и оно растаяло в ярком свете.
Монстры поднялись на ноги. Некоторые из них забормотали:
— Пирожные? Где тут пирожные?
— Идем в атаку, — сказала циклопиха. — Я хочу есть. Мои ребята проголодались!
— Нет! — отрезал Полибот. — Мы и без того опаздываем. Алкионей хочет, чтобы мы были в лагере через четыре дня. Вы, циклопы, двигаетесь слишком медленно. У нас нет времени разбираться с второстепенными богинями!
Последнее замечание гигант проговорил, глядя на магазин, но ответа оттуда не последовало.
— Лагерь, — зарычала циклопиха. — Месть! Оранжевые и алые уничтожили мой дом. Теперь ма Гаскет уничтожит их дома! Ты меня слышишь, Лео? Джейсон? Пайпер? Я иду, чтобы уничтожить вас!
Другие циклопы одобрительно заревели. Остальные монстры присоединились к ним.
У Хейзел аж мурашки по телу пробежали.
— Джейсон, — прошептала она. — Она дралась с Джейсоном! Может быть, он все еще жив.
Фрэнк кивнул.
— А остальные имена тебе что-нибудь говорят?
Хейзел покачала головой. Она не знала ни Лео, ни Пайпер. Перси выглядел так, словно только что пережил тяжелый удар. Вид у него был болезненный. Казалось, он не в состоянии говорить.
Хейзел размышляла над словами циклопихи: что означают «оранжевые и алые». Алый — это явно цвет лагеря Юпитера. Но вот оранжевый… Перси появился в продранной оранжевой футболке. Это не могло быть совпадением.
Армия внизу снова двинулась на юг, но гигант Полибот отошел в сторону, нахмурился и понюхал воздух.
— Морской бог, — пробормотал он. К ужасу Хейзел, он повернулся в их сторону. — Я чую морского бога.
Перси трясло. Хейзел положила руку ему на плечо и попыталась прижать его к камню.
Циклопиха ма Гаскет зарычала:
— Конечно, ты чуешь морского бога! Вон оно — море!
— Нет, не только это, — гнул свое Полибот. — Я родился, чтобы уничтожить Нептуна. Я могу чуять… — Он нахмурился и повернул голову, стряхнув с себя еще несколько змей.
— Ну что — мы пойдем или будем нюхать воздух? — недовольно проговорила ма Гаскет. — Я не получила пирожных, ты не получишь морского бога!
— Ладно! — зарычал Полибот. — Марш! Вперед! — Он в последний раз посмотрел на защищенный радугой дом, потом провел пятерней по волосам. Сбросил трех змей, которые показались Хейзел больше, чем прежние, на шеях у них были белые метки. — Подарочек тебе, богиня. Мое имя — Полибот — означает «накормить многих!». Вот тебе мои голодные рты. Посмотрим, много ли будет посетителей в твоем магазине, когда его сторожат такие часовые.
Он злобно рассмеялся и сбросил змей в высокую траву на склоне холма.
Гигант двинулся на юг, его громадные ноги комодского варана сотрясали землю. Наконец последняя колонна монстров скрылась за холмом и исчезла в ночи.
Когда чудовища скрылись из вида, радуга вокруг дома мгновенно рассеялась, словно прожектор выключили.
Хейзел, Фрэнк и Перси остались одни в темноте, они смотрели на пустую дорогу и на магазин на холме.
— Это было что-то, — пробормотал Фрэнк.
Перси била сильная дрожь. Хейзел знала, что ему требуется помощь, отдых или что-то такое. Похоже, что вид этой армии запустил какие-то воспоминания, вызвавшие у Перси нервный срыв. Нужно вернуть его в лодку.
Но между ними и берегом лежала большая полоса земли. У Хейзел было такое ощущение, что карпои недолго будут бездействовать. Ей не нравилась эта мысль — идти ночью к лодке по этой траве. И Хейзел не могла отделаться от жуткого ощущения, что если бы ей не удалось вызвать наверх эту сланцевую глыбу, то сейчас она была бы пленницей гиганта.
— Пойдемте в магазин, — предложила она. — Если в нем богиня, возможно, она нам поможет.
— Вот только теперь этот холм сторожит куча змей, — напомнил Фрэнк. — Да и эта горящая радуга может вернуться.
Фрэнк и Хейзел посмотрели на Перси — его трясло, как при переохлаждении.
— Нужно попробовать, — сказала Хейзел.
Фрэнк мрачно кивнул.
— Что ж… любая богиня, запустившая пирожным в гиганта, наверно, не так уж плоха. Идем.