Глава 13. Перси — Сын Нептуна 2 книга


 

Перси спал, как жертва горгоны Медузы, иными словами — как убитый.
Он не ложился в безопасную, удобную кровать с… он не помнил с какого времени. Несмотря на этот безумный день и миллион мыслей, одолевавших его, организм взял верх и сказал: «Теперь будешь спать».
Конечно, ему снились сны. Перси всегда снились сны, но они пробегали перед ним, как смазанные картинки из окна поезда. Он видел кудрявого фавна в драной одежде, который бежал, пытаясь догнать его.
— У меня нет мелочи, — крикнул Перси.
— Что? — спросил фавн. — Нет, Перси, это же я, Гроувер! Остановись! Мы тебя вот-вот найдем. Тайсон рядом. По крайней мере, мы считаем, что он ближе всего. Мы пытаемся определить твое местоположение.
— Что? — не понял Перси, но фавн исчез в тумане.
Потом бок о бок с ним побежала Аннабет. Она протягивала ему руку.
— Хвала богам, — крикнула она. — Мы столько месяцев не видели тебя! Как ты?
Перси вспомнил, что сказала Юнона: «Долгие месяцы он дремал, но теперь проснулся». Богиня намеренно прятала его. Зачем?
— Ты настоящая? — спросил он у Аннабет.
Его так распирало от желания верить в это, что ему казалось, будто слон Ганнибал наступил ему на грудь. Но ее лицо начало растворяться. Она вскрикнула:
— Остановись! Тайсону будет легче тебя найти. Оставайся там, где ты есть!
Потом она исчезла. Образы стали сменяться быстрее. Перси увидел громадный корабль в сухом доке, рабочих, которые заканчивали сооружение корпуса, какого-то типа с паяльной лампой, приделывающего ростр в виде дракона к носу корабля. Он увидел, как к нему по бурунам идет бог войны, держа в руках меч.
Потом картинка изменилась. Перси стоял на Марсовом поле, смотрел на Беркли-Хиллз. Шелестела золотая трава, из почвы появилось лицо — спящая женщина, складки и борозды земли образовывали ее лицо. Глаза ее оставались закрытыми, но голос звучал в голове Перси.
«Значит, это и есть тот самый полубог, который уничтожил моего сына Кроноса. С виду ты ничего собой не представляешь, Перси Джексон, но для меня ты ценен. Ступай на север. Найди там Алкионея. Пусть Юнона играет в свои маленькие игры с греками и римлянами, но ты, в конечном счете, станешь моей пешкой. Ты будешь ключом к поражению богов».
Потом перед глазами у Перси все потемнело. Он стоял в штабе лагеря размером с целый театр — в принципии со стенами изо льда и висящей в воздухе изморозью. На полу валялись скелеты в римских доспехах и оружие из имперского золота, подернутое инеем. В задней части помещения сидела громадная темная фигура. Ее кожа отливала золотом и серебром, словно это был такой же искусственный механизм, автоматон, как собаки Рейны. За фигурой виднелась целая коллекция разбитых эмблем, изодранных знамен и больших золотых орлов на металлических шестах.
Голос гиганта гремел в огромном зале:
— Вот повеселимся, сын Нептуна. Сколько тысяч лет прошло с тех пор, как я в последний раз прикончил полубога твоего калибра. Жду тебя на вершине льда.
Перси проснулся в холодном поту. Несколько секунд он не мог понять, где находится. Потом вспомнил: лагерь Юпитера, казарма пятой когорты. Он лежал на своей койке, уставившись в потолок и пытаясь успокоиться — сердце колотилось, как бешеное.
Золотой гигант ждал — и собирался прикончить его. Замечательно. Но больше всего его вывело из равновесия лицо спящей женщины среди холмов. «Ты станешь моей пешкой». Перси не играл в шахматы, но абсолютно точно знал, что быть пешкой плохо. Они часто погибали.
Даже наиболее спокойные части его сна вызывали у него тревогу. Его искал фавн по имени Гроувер. Может быть, именно поэтому Дон обнаружил — как он это назвал? — эмпатическую связь. Его искал кто-то по имени Тайсон, а Аннабет предостерегала Перси, просила оставаться там, где он есть.
Он сел на койке. Его соседи по комнате суетились, одевались, чистили зубы. Дакота облачался в длинное одеяние, испещренное красными пятнами, — тогу. Один из ларов подсказывал ему, где подобрать, где заложить складку.
— Время завтракать? — с надеждой в голосе спросил Перси.
С койки внизу появилась голова Фрэнка. У него были мешки под глазами, словно он не выспался.
— Завтрак на скорую руку. Потом у нас заседание сената.
Голова Дакоты запуталась в тоге. Ноги у него заплетались, как у призрака, перепачканного «кул-эйдом».
— Гмм, — сказал Перси. — Я облачусь в простыню.
Фрэнк фыркнул.
— Это только для сенаторов. Их всего десять. Избираются каждый год. Нужно прожить в лагере пять лет, чтобы претендовать на избрание.
— Почему же нас приглашают на заседание?
— Потому что… ну, ты же знаешь: поиск. — Голос Фрэнка звучал озабоченно, словно он боялся, что Перси откажется. — Мы должны присутствовать на этих слушаниях. Ты, я, Хейзел. То есть, если ты захочешь, конечно…
Фрэнк, видимо, не хотел создавать у него комплекс вины, но сердце Перси заныло. Он сочувствовал Фрэнку. Чтобы тебя перед всем легионом признал бог войны — это же просто кошмар. И потом, как мог Перси отказать парню с таким большим, пухлогубым, детским лицом? Фрэнку была поручена задача огромной важности, выполняя которую он, скорее всего, погибнет. Он был напуган. Ему требовалась помощь Перси.
А ведь вчера они составили неплохую команду. Хейзел и Фрэнк были надежными, крепкими ребятами. Они приняли Перси как родные. И все же ему не нравилась идея этого поиска, в особенности потому, что исходила она от Марса. Да еще и после всех этих снов.
— Я… пожалуй… буду собираться… — Перси выбрался из кровати и оделся.
Он все время думал об Аннабет. Помощь была в пути. Он мог вернуть свою прежнюю жизнь. Ему нужно было только оставаться на месте.
Во время завтрака Перси чувствовал на себе взгляды всего легиона. Ребята перешептывались о событиях предыдущего вечера:
— Два бога за один день…
— Он дрался не по-римски…
— Водяная пушка — как стрельнет водой мне прямо в нос…
Перси был слишком голоден, чтобы переживать из-за этого. Он налег на блинчики, яйца, бекон, вафли, яблоки, выпил несколько стаканов апельсинового сока. Перси, наверно, съел бы и больше, но Рейна объявила, что в городе начинается заседание сената и всем, кто в тогах, пора идти.
— Сейчас идем, — сказала Хейзел, играя камушком, похожим на рубин в два карата.
Рядом с ними, окруженный пурпурным мерцанием, появился призрак Вителлий.
— Bona fortuma вам троим! Ох уж эти мне заседания сената. Я помню то, что было после убийства Цезаря. Ну и кровищи было на его тоге…
— Спасибо, Вителлий, — прервал его Фрэнк. — Нам пора.
Рейна и Октавиан возглавляли процессию сенаторов, направлявшуюся из лагеря, металлические гончие носились туда и обратно вдоль дороги. Хейзел, Фрэнк и Перси шли сзади. Перси заметил в группе Нико ди Анджело в черной тоге, и он разговаривал с Гвен, которая была бледновата, но на удивление хорошо выглядела, если иметь в виду, что вчера вечером она была мертва. Нико помахал ему, потом снова продолжил беседу с девушкой, укрепив тем самым подозрения Перси, что брат Хейзел пытается избегать общения с ним.
Дакота брел, наступая на свою белую в красных пятнах тогу. Многие другие сенаторы тоже, казалось, были не в ладах со своими тогами — топали по подолам, все время подтягивали тоги, чтобы они не сваливались с плеч. Перси радовался, что на нем обычная оранжевая футболка и джинсы.
— Как вообще римляне ходили в этих штуках? — недоуменно сказал он.
— Их надевали только в торжественных случаях, — пояснила Хейзел. — Вроде как смокинги. Я думаю, древние римляне ненавидели тоги не меньше, чем мы. Кстати, при тебе нет никакого оружия?
Рука Перси нырнула в карман, где всегда лежала шариковая ручка.
— А что — нельзя?
— За померий не разрешается проносить никакое оружие.
— За что?..
— За померий, — повторил Фрэнк. — Это граница города. За ней находится священная «зона безопасности». Вооруженные легионеры не имеют права туда проходить. Никакого оружия там не дозволяется. Чтобы заседания сената не переходили в резню.
— Ты имеешь в виду убийство Юлия Цезаря? — спросил Перси.
Фрэнк кивнул.
— Не волнуйся. Ничего такого у нас не случалось вот уже много месяцев.
Перси решил, что Фрэнк шутит.
Чем ближе они подходили к городу, тем больше Перси имел возможность оценить его красоту. На солнце сверкали черепичные крыши и золотые купола. Центральная площадь была выложена белой и серой плиткой, украшена статуями, фонтанами и позолоченными колоннами. В прилегающих кварталах вдоль мощеных улиц стояли свежевыкрашенные дома, магазины, кафе, были разбиты парки. Вдалеке возвышался Колизей и арена для скачек.
Перси не обратил внимания, что они дошли до границ города, пока сенаторы, идущие впереди, не замедлили шага.
На обочине дороги стояла статуя белого мрамора в натуральную величину — мускулистый человек без рук, с курчавыми волосами и раздраженным выражением на лице. Может быть, он имел такой недовольный вид потому, что был высечен из мрамора, только начиная от поясницы, а снизу представлял собой просто глыбу белого камня.
— В одну колонну, пожалуйста, — сказала статуя. — Подготовьте ваши идентификаторы.
Перси посмотрел налево, направо. Раньше он этого не заметил, но город окольцовывал ряд одинаковых статуй, стоящих ярдах в ста друг от друга.
Сенаторы быстро прошли дальше. Статуя проверила их татуировки на предплечьях и назвала каждого по имени.
— Гвендолин, сенатор, пятая когорта — да, Нико ди Анджело, посол Плутона, — превосходно, Рейна, претор, — конечно. Ханк, сенатор, третья когорта, — о, превосходные ботиночки, Ханк! А это кто у нас?
Последними шли Хейзел, Фрэнк и Перси.
— Терминус, — представила Хейзел, — это Перси Джексон. Перси, это Терминус, бог границ.
— Что — новенький? — сказал бог. — Так, жетон испытательного срока. Отлично. Ага — оружие в кармане? Вытащи его! Вытащи его!
Перси не знал, откуда это стало известно Терминусу, но авторучку из кармана вытащил.
— Весьма опасно, — сказал Терминус. — Оставь ее на подносе. Постой, где мой помощник? Юлия!
Девочка лет шести выглянула из-за пьедестала статуи. У нее были косички, розовое платье и озорная улыбка, открывавшая щербатый — без двух зубов — рот.
— Юлия? — Терминус оглянулся, и Юлия поспешила в другом направлении. — Куда побежала эта девчонка?
Терминус посмотрел в другую сторону и увидел Юлию, прежде чем та успела спрятаться. Маленькая девочка взвизгнула от удовольствия.
— А, вот ты где, — сказала статуя. — Вперед и по центру. Принеси поднос.
Юлия развернулась и отряхнула платье, потом подняла поднос и протянула его Перси. На подносе лежали несколько одинаковых ножей, штопор, большой пузырек с лосьоном для загара и бутылка с водой.
— Ты сможешь забрать свое оружие на обратном пути, — сказал Терминус. — Юлия за ним присмотрит. Она опытный профессионал.
Маленькая девочка кивнула.
— Про-фес-си-о-нал. — Каждый слог она произнесла отдельно, словно заучивая слово.
Перси посмотрел на Хейзел и Фрэнка, которые вроде бы не видели в этом ничего необычного. И все же ему не очень хотелось отдавать смертоносное оружие маленькой девочке.
— Дело в том, что это оружие автоматически возвращается ко мне в карман, — сказал он, — так что даже если я его оставлю…
— Можешь не беспокоиться, — заверил его Терминус. — Мы проследим, чтобы оно никуда не делось. Верно я говорю, Юлия?
— Да, мистер Терминус.
Перси неохотно положил авторучку на поднос.
— А теперь, поскольку ты новенький, несколько правил, — объявил Терминус. — Ты пересекаешь границы города. Шагай в колонне. При движении по общественным Дорогам сторонись, когда едут колесницы. Когда войдешь в Дом сената, сядешь с левой стороны. А вон там — видишь, куда я показываю?
— Ну… — сказал Перси. — У тебя же нет рук.
Он явно наступил на больную мозоль Терминуса. Его мраморное лицо приобрело темно-серый оттенок.
— Ты что, слишком умный? Слушай меня, мистер Шутник, вон там находится Форум — Юлия, покажи за меня, пожалуйста…
Юлия покорно поставила поднос и указала в направлении главной площади города.
— Магазин с синими маркизами, — продолжал Терминус, — это универмаг. Они продают мерные ленты. Купи себе! Я хочу, чтобы твои штаны были ровно на дюйм выше щиколотки, а волосы подстрижены по правилам. И засунь футболку в штаны.
— Спасибо, Терминус, — сказала Хейзел. — Нам нужно идти.
— Отлично, можете проходить, — брюзгливо проговорил бог. — Только идите по правильной стороне дороги! А вон тот камень… Нет, Хейзел, ты смотри, куда я показываю. Этот камень лежит слишком близко к дереву, Передвинь его на два дюйма влево.
Хейзел сделала то, что просил Терминус, и они пошли дальше. Терминус продолжал выкрикивать им в спину распоряжения, а Юлия тем временем делала кульбиты на лужайке.
— Он всегда такой? — спросил Перси.
— Нет, — ответила Хейзел. — Сегодня он спокойный. Обычно он более раздражителен и нетерпелив.
— Он обитает в каждом пограничном камне города, — сказал Фрэнк. — Что-то вроде нашей последней линии обороны в случае нападения на город.
— Терминус не так уж плох, — добавила Хейзел. — Его только не нужно сердить, а то он заставит тебя измерить каждую травинку в долине.
Перси принял к сведению эту информацию.
— А девочка? Юлия?
Хейзел ухмыльнулась.
— Да, она такая умненькая. Ее родители живут в городе. Идем. Нужно догнать сенаторов.
Они приблизились к Форуму. Перси поразился количеству людей, которое он здесь увидел. Ребята студенческого возраста бездельничали у фонтана. Некоторые из них помахали проходящим сенаторам. Один человек лет тридцати стоял у прилавка булочной, флиртуя с молодой женщиной, которая покупала кофе. Пара постарше приглядывала за гонявшим чаек малышом в подгузниках и футболочке с изображением лагеря Юпитера. Продавцы открывали магазины, вывешивали вывески на латинском, рекламирующие гончарную продукцию, ювелирные изделия и билеты на ипподром со скидкой.
— Все эти люди — полубоги? — спросил Перси.
— Или потомки полубогов, — сказала Хейзел. — Я тебе говорила, что это хорошее место для учебы или воспитания детей — здесь можно не бояться, что на тебя нападут монстры. Тут живут две-три сотни человек. Ветераны выступают в качестве советников и при необходимости — боевого резерва. Но главным образом они просто жители, у которых своя жизнь.
Перси представил себе, как это выглядит: поселиться в квартире в крохотной Римской республике под защитой легиона и нетерпеливого бога. Он представил себе, как сидит в кафе, держа за руку Аннабет. Может быть, когда они станут старше, то будут смотреть, как их собственный ребенок гоняет чаек по Форуму…
Он тряхнул головой, прогоняя эту мысль. Перси не мог себе позволить предаваться таким фантазиям. Большинство его воспоминаний исчезло, но он знал, что это не его дом. Его дом в другом месте, где у него другие друзья.
И потом, лагерю Юпитера грозила опасность. Если Юнона права, то нападения следовало ожидать менее чем через пять дней. Перси представил себе лицо этой спящей женщины — лицо Геи, — формирующееся в холмах над лагерем. Он словно наяву увидел орды монстров, наводняющих долину.
«Если вы потерпите поражение, — предупреждал Марс, — то вам некуда будет возвращаться — лагерь перестанет существовать. Рим будет захвачен, его наследство потеряно навсегда».
Он подумал об этой маленькой девочке — Юлии, о семьях с детишками, о своих новых друзьях из пятой когорты и даже о глупых фавнах. Что случится с ними, если это место будет уничтожено?!
Сенаторы прошли в большое здание с белым куполом на западной стороне площади. Перси помедлил у двери, стараясь не думать о Юлии Цезаре, которого закололи перед заседанием сената. Потом он глубоко вздохнул и последовал внутрь за Хейзел и Фрэнком.