Глава 08. Я даю опасное обещание

Перси Джексон и Проклятие титана - 3 книга из серии Боги-олимпийцы


 

Пират довез меня до места, которое находилось недалеко от берега, и это было здорово, ничего не скажешь. Сидеть верхом на летающей лошади, скользить над волнами со скоростью сто миль в час, когда ветер ерошит волосы и соленые морские брызги летят в лицо, — какие там водные лыжи!
«Здесь. — Пират замедлил ход и описал круг. — Прямо под нами».
— Спасибо.
Соскочив с него, я нырнул в ледяное море.
За последние пару лет мне приходилось делать подобные трюки и в более уютной обстановке. Однако я научился прекрасно передвигаться под водой в любых обстоятельствах, просто приказывая океанским течениям подхватывать меня и нести туда, куда нужно. Я без проблем мог дышать под водой, и одежда моя никогда не намокала, даже если мне того хотелось.
Я ринулся вниз, во тьму.
Двадцать, тридцать, сорок футов. Давление было вполне приемлемое. Я никогда не старался сознательно нагнетать его, чтобы проверить, на какую глубину могу нырнуть. Понятно, что большинство людей не могут опуститься больше чем на две сотни футов, чтобы их не смяло, как алюминиевую банку. На такой глубине, да еще ночью, я не должен был ничего видеть, но я чувствовал тепло живых форм и ощущал холод течений. Трудно это описать. Это не похоже на обычное зрение, но я мог сказать, где что находится.
Когда я добрался почти до самого дна, то увидел трех морских коней — коней с рыбьими хвостами, — которые плавали кругами около перевернутого корабля. Это было красивое зрелище. Рыбьи хвосты светились, переливаясь всеми цветами радуги. Гривы у коней были белые, и они галопом проносились сквозь воду, как испуганные лошади во время грозы. Что-то их напугало.
Подплыв поближе, я увидел, в чем проблема. Темные очертания какого-то морского животного, наполовину придавленного остовом корабля, да к тому же еще и запутавшегося в одной из тех больших сетей, какие используют на траулерах, чтобы ловить все подряд. Плохо было не только то, что они топили разного рода дельфинов, в них случайно попадались и мифологические животные. Когда сеть запутывалась, какой-нибудь ленивый рыбак попросту перерезал ее, и оказавшееся в ловушке животное гибло.
Это несчастное существо явно плавало на большой глубине вдоль побережья Лонг-Айленда и ненароком запуталось в сетях затонувшего рыболовецкого судна. Оно попыталось высвободиться, но застряло еще более основательно, сместив судно и оказавшись под ним. Теперь обломки корпуса, покоившиеся на большой скале, раскачивались, грозя обрушиться на попавшее в ловушку животное.
Морские кони нарезали вокруг него отчаянные круги, желая помочь страдальцу, но не зная, как это сделать. Один пытался перегрызть сеть, но зубы морских лошадей неспособны перекусить веревку. Кони с рыбьими хвостами на самом деле сильные, но у них нет рук, к тому же они (тсс!) не отличаются сообразительностью.
«Освободи его, повелитель!» — воскликнул один из морских коней, завидев меня.
Остальные присоединили свои голоса к просьбе товарища.
Я подплыл поближе, чтобы взглянуть на угодившее в сети существо. Сначала я подумал, что это молодой морской конь. Мне уже случалось спасать таких прежде. Но затем я услышал у себя в голове странный звук — нечто совсем нехарактерное для подводного царства:
«МУ-У-У-У-У-У-У!»
То есть… я слышал о морских коровах вроде ламантинов и прочих, но это оказалась действительно корова с черным змеиным хвостом. Спереди это был теленок, еще маленький, с черной шерстью, большими печальными карими глазами и белой мордой. Задняя половина его туловища завершалась черно-коричневым змеиным хвостом с плавниками по бокам и внизу, как у огромного угря.
— Привет, малыш, — сказал я. — Откуда ты взялся?
Существо лишь печально посмотрело на меня:
«Му-у-у-у!»
Но его мысли оставались для меня непонятными. Я говорю только по-лошадиному.
«Мы не знаем, кто это, повелитель, — сказал один из морских коней. — Множество странного пробуждается к жизни».
— Да, — пробормотал я. — Это я слышал.
Я обнажил меч, его бронзовое лезвие блеснуло в темноте.
Корова-змея переполошилась и стала биться в сетях, в глазах ее появился ужас.
— Успокойся! — попросил я. — Я не сделаю тебе больно! Просто дай мне разрезать сеть.
Но корова-змея заметалась, все больше запутываясь с каждым движением. Суденышко стало раскачиваться, вздымая с морского дна тучи ила и угрожая обрушиться на несчастную. Морские кони в панике заржали и тоже стали метаться в воде, что мне, естественно только мешало.
— Ладно, ладно! — сказал я. Отложив меч, я стал говорить по возможности спокойно, чтобы морские кони и корова-змея прекратили нервничать. Я не знал, возможно ли в подводном царстве обратиться в паническое бегство, да и, признаюсь, выяснять это мне не хотелось. — Ну тихо, тихо. Никакого меча. Видишь? Никакого меча. Расслабься. Под морем тоже растет трава. Там пасется мама. Кушает травку. И вообще здесь все вегетарианцы.
Сомневаюсь, чтобы теленок понял, что я говорю, но он отреагировал на тон моего голоса. Морские кони все так же пугливо кружили возле меня, но, по крайней мере, уже не так быстро.
«Освободи его, повелитель», — умоляли они.
— Хорошо! — ответил я. — Все понял. Дайте мне подумать.
Но как можно было освободить теленка, когда он начинал паниковать при одном виде клинка? Похоже было на то, что он уже видел мечи и знал, какую опасность они представляют.
— Хорошо, — сказал я морским коням. — Мне нужно только, чтобы вы делали все в точности, как я говорю.
Мы начали с судна. Это было непросто, но с помощью трех лошадиных сил мы смогли изменить положение обломка, так что он уже не угрожал рухнуть на малыша. Потом я принялся за сеть, распутывая ячейку за ячейкой, убирая свинцовые грузила и рыболовные крючки, узлами стянувшие копыта теленка. Казалось, прошла целая вечность — это было хуже, чем распутывать контрольные проводки моей видеоигры. И все это время я не переставал разговаривать с морской коровой, убеждая ее, что все в порядке, пока она всхлипывала и стонала.
— Все в порядке, Бесси, — говорил я. Хоть убей, не пойму, отчего я стал называть ее так. — Хорошая корова. Красивая корова.
Наконец опутывавшая ее сеть ослабла, и корова-змея метнулась прочь, стремительно вспарывая воду и на радостях даже сделав сальто.
Морские кони приветливо заржали:
«Спасибо, повелитель!»
— Му-у-у-у-у! — Корова-змея ткнулась в меня носом и благодарно посмотрела большими карими глазами.
— Вот и ладно, — сказал я. — Красивая корова. Ну, давай… будь осторожнее.
И тут я подумал: сколько времени я уже под водой? По крайней мере час. Надо успеть вернуться в домик, прежде чем Аргус или гарпии обнаружат, что я нарушаю комендантский час.
Я стремглав вынырнул на поверхность. Пират моментально спланировал вниз, чтобы я мог обхватить его шею. Мы поднялись в воздух, и он понес меня к берегу.
«Получилось, босс?»
— Да. Мы спасли малыша от какого-то существа. Провозились целую вечность. Она там запаниковала… ну и началось…
«Добрые дела всегда опасны, босс. Помните, как вы спасли мою жалкую шкуру?»
Я не мог отогнать мысли о приснившейся мне Аннабет, безвольно поникшей и безжизненной, в руках Луки. Спасая детенышей чудовищ, я не мог спасти своего друга.
Когда Пират летел обратно к моему домику, я случайно бросил взгляд на трапезную. И увидел фигурку — мальчика, присевшего на корточки за греческой колонной, словно он прятался от кого-то.
Это был Нико. Но ведь даже еще не рассвело. Совсем не время для завтрака. Что он там делает?
Меня охватила нерешительность. Меньше всего мне хотелось, чтобы Нико снова стал морочить мне голову своей игрой в мифы и магию. Однако случилось что-то нехорошее. Я мог определить это по тому, как он съежился.
— Пират, — попросил я, — опусти меня вон там, за той колонной, ладно?

* * *

Я чуть было все не испортил.
Я крался по ступеням вслед за Нико. Он меня ни разу не заметил. Он прятался за колонной, выглядывая из-за угла, все его внимание было сосредоточено на трапезной. Я был уже в пяти футах от него и собирался во весь голос спросить: «Что ты тут делаешь?» — когда до меня дошло, что он выступает в роли Гроувера: шпионит за охотницами.
Послышались еще голоса — две девушки разговаривали за обеденным столом. Что может поднять девушку в столь ранний час? Если она не богиня зари, конечно.
Я достал из кармана кепку Аннабет и надел ее.
Никакой разницы я не почувствовал, но когда поднял руки, то не смог их увидеть. Я превратился в невидимку.
Я подполз к Нико и проскользнул мимо него. Мне не удалось отчетливо различить лица девушек в темноте. Но голоса я узнал: это были Зоя и Бьянка. Они сидели за столом и, похоже, спорили.
— Это нельзя вылечить, — говорила Зоя. — По крайней мере, быстро.
— Но как это случилось? — спросила Бьянка.
— Глупая выходка! — прорычала Зоя. — Это все братья Стоулл из домика Гермеса. Кровь кентавра — все равно, что кислота. Это всякому известно. Они спрыснули ею изнутри футболку с надписью «Охотничий тур Артемиды».
— Ужасно!
— Жить она будет, — сказала Зоя. — Но на несколько недель останется прикованной к постели, и ее будет мучить невыносимый зуд. Пойти в поиск она не сможет. Только пусть это останется между нами.
— Но как же пророчество? — возразила Бьянка. — Если Феба не сможет пойти, нас остается всего четверо. Надо взять кого-то еще.
— Некогда, — ответила Зоя. — Мы должны выступить на заре. То есть прямо сейчас. Кроме того, в пророчестве говорится, что мы потеряем одного человека.
— В пустыне, — напомнила Бьянка, — а не здесь.
— Почему бы и не здесь, — не очень уверенно ответила Зоя. — У лагеря — волшебные границы. Ничто, даже погода, не влияет на здешний климат без разрешения свыше. Эта земля могла бы быть безводной.
— Но…
— Послушай меня, Бьянка, — напряженно произнесла Зоя. — Я… я не могу объяснить, но у меня такое чувство, что мы не должны больше никого с собой брать. Это будет слишком опасно. Они встретят конец худший, чем Феба. Я не хочу, чтобы Хирон выбрал нашим спутником кого-то из обитателей лагеря. И… не хочу рисковать еще одной охотницей.
Бьянка помолчала.
— Тебе следует рассказать Талии, чем заканчивался твой сон.
— Нет. Это не поможет.
— Но если твои подозрения насчет этого Генерала справедливы…
— Я взяла с тебя слово никому об этом не рассказывать! — В голосе Зои звучало неподдельное страдание. — Скоро мы все узнаем. А теперь пошли. Светает.
Когда девушки сбегали по ступеням, Зоя едва не врезалась в меня. Она застыла, прищурившись. Рука ее потянулась к луку, но Бьянка сказала:
— В Большом доме уже горит свет. Скорее!
И Зоя вслед за ней выбежала из трапезной.

* * *

Я понимал, что творится в голове у Нико. Сделав глубокий вдох, он уже собирался побежать за сестрой, когда я снял кепку-невидимку и сказал:
— Эй, подожди!
Нико едва не поскользнулся на покрытых изморозью ступенях и обернулся, ища меня взглядом.
— Откуда ты взялся?
— Я был здесь все время. Невидимый.
— «Невидимый», — торжественно, чуть ли не по слогам повторил Нико. — Ух ты! Здорово!
— Откуда ты узнал, что Зоя с твоей сестрой здесь?
Нико покраснел.
— Я услышал, как они проходят мимо домика Гермеса. А я… я плохо сплю в лагере. Ну вот, я услышал их шаги и как они шепчутся. И… ну, вроде пошел за ними.
— А теперь думаешь отправиться вместе с ними в поиск? — предположил я.
— Откуда ты знаешь?
— Потому что, будь это моя сестра, я тоже бы, наверное, так подумал. Но ты не можешь.
— Что, слишком маленький? — вызывающе вскинул голову Нико.
— Потому что они тебе не позволят. Поймают тебя и пришлют обратно. Ну и… потому, что слишком маленький. Помнишь мантикору? Таких там будет еще больше. И еще опаснее. Часть героев погибнет.
У Нико опустились плечи. Он переминался с ноги на ногу.
— Может, ты и прав. Но… вместо меня можешь пойти ты.
— Что ты сказал?
— Ты можешь превращаться в невидимку. Значит, можешь пойти!
— Охотницам не нравятся мальчики, — напомнил я ему. — Если они узнают…
— А ты не давай им узнать. Следуй за ними невидимо. И приглядывай за моей сестрой! Ты должен. Пожалуйста.
— Нико…
— Ты ведь собирался куда-то отправиться, разве нет?
Я хотел ответить «нет». Но он посмотрел мне в глаза, и я, сам не знаю почему, не смог ему соврать.
— Да, — сказал я. — Я должен найти Аннабет. Должен помочь им, даже если они не захотят принять меня в свою компанию.
— Я тебя не выдам, — пообещал Нико. — Но ты должен пообещать, что будешь охранять мою сестру.
— Я… трудно что-либо обещать в таком путешествии. Кроме того, рядом с ней будут Зоя, Гроувер и Талия…
— Обещай, — настойчиво повторил он.
— Сделаю все, что в моих силах. Даю слово.
— Тогда отправляйся, — сказал Нико. — Удачи тебе!
Это было какое-то безумие! Я даже не собрал сумку. У меня с собой только кепка-невидимка, меч и одежда, которая на мне.
Все думали, что сегодня утром я вернусь домой на Манхэттен.
— Скажи Хирону…
— Что-нибудь придумаю, — криво улыбнулся Нико. — На это я мастер. Давай иди!
Я бросился бежать, на ходу надевая кепку Аннабет. Когда солнце взошло, я исчез. Я достиг вершины Холма полукровок как раз в тот момент, когда микроавтобус, принадлежавший лагерю, скрылся на проселочной дороге. Вероятно, его вел Аргус, отвозя поисковую группу в город. После этого им придется рассчитывать только на себя.
Я почувствовал болезненный укол вины и раздражение от собственной глупости. Интересно, как мне теперь их догонять? Бегом?
Тут я услышал хлопанье огромных крыльев. Рядом со мной на землю опустился Пират. И как бы между прочим начал пощипывать пучки молодой травки, пробившейся сквозь лед.
«Сдается мне, босс, что вам нужна лошадка — кое-куда подбросить. Интересуетесь?»
Слова благодарности комком застряли у меня в горле, но я превозмог себя и выговорил:
— Да. Полетели.