Глава 03. Бьянка ди Анджело делает выбор

Перси Джексон и Проклятие титана - 3 книга из серии Боги-олимпийцы


 

После того как доктор Торн обратился в мантикору и камнем рухнул со скалы с Аннабет на спине, я думал, что уже ничто не способно потрясти меня. Но когда эта двенадцатилетняя девчонка заявила, что она богиня охоты Артемида, у меня достало сил на нечто действительно умное и достойное. Ну, то есть я сказал:
— Мм… ага… — и продолжать стоять столбом.
Совсем не так повел себя Гроувер. Он засопел, поспешно упал в снег на колени и запричитал:
— Спасибо тебе, повелительница Артемида! Ты такая… такая… Просто супер!
— Вставай, козленок! — оборвала его Талия. — У нас и без того есть о чем позаботиться. Аннабет пропала!
— Ухты! — сказала Бьянка ди Анджело. — Постойте. Подождите минуточку! — Все посмотрели на нее. Она провела пальцем, поочередно указывая на каждого из нас, словно соединяя точки, чтобы получился рисунок. — Кто вы?.. Что вы за люди?..
Выражение лица Артемиды смягчилось.
— Наверное, будет правильнее спросить — кто ты, моя дорогая? Кто твои родители?
Бьянка бросила тревожный взгляд на брата, который все еще с благоговейным почтением взирал на Артемиду.
— Наши родители умерли, — сказала Бьянка. — Мы — сироты. Есть трастовый банк, который платит за наше обучение в школе, но… — Девочка умолкла. Полагаю, по нашим лицам она догадалась, что мы ей не верим. — Что вы так смотрите? Я правду говорю!
— Ты полукровка, — сказала Зоя Ночная Тень. Происхождение ее акцента трудно было определить. Он казался старомодным, словно она не говорила, а читала слова по древней книге. — Один из твоих родителей был смертным. Другой — олимпийцем.
— Олимпийцем… спортсменом?
— Нет, — ответила Зоя. — Одним из богов Олимпа.
— Круто! — подал голос Нико.
— Нет! — Голос Бьянки дрожал. — Ничего крутого!
Нико пританцовывал, словно ему хотелось в уборную.
— Скажите, у Зевса и вправду есть жезл, которым он мечет молнии и который может причинить до шестисот повреждений? С ним можно заработать дополнительные очки?..
— Заткнись, Нико! — Бьянка закрыла лицо руками. — Это не твоя дурацкая игра в мифы и магию, понял? Никаких богов не существует!
Как бы я ни беспокоился из-за Аннабет — а мне хотелось немедленно броситься на ее поиски, — я не мог сдержать чувства жалости по отношению к брату и сестре ди Анджело. Я вспомнил: примерно то же самое произошло со мной, когда я впервые узнал, что я полукровка.
Талия, должно быть, испытывала нечто похожее, потому что гнев в ее глазах поутих.
— Бьянка, я знаю, в это трудно поверить. Но боги по-прежнему живы. Поверь мне. Они бессмертны. И иногда у них рождаются дети от обычных людей, дети вроде нас… Поэтому наша жизнь окружена опасностями.
— Опасности… — медленно проговорила Бьянка. — Это как с той девушкой, которая упала?
Талия отвернулась. Даже Артемида, кажется, опечалилась из-за того, что произошло.
— Не отчаивайся из-за Аннабет, — сказала богиня. — Она была отважной девушкой. Если ее можно будет найти, я ее отыщу.
— Тогда почему вы не позволяете нам отправиться на ее поиски? — спросил я.
— Она пропала. Неужели ты не чувствуешь этого, сын Посейдона? Тут замешана какая-то магия. Я точно не знаю, как и почему, но твоя подруга исчезла.
Мне по-прежнему хотелось спрыгнуть со скалы и броситься на поиски, но я чувствовал, что Артемида права. Аннабет исчезла. Если бы она была там, в море, думаю, я ощутил бы ее присутствие.
— О-о-о! — Нико поднял руку. — А доктор Торн? Вы так здорово нашпиговали его своими стрелами! Он умер?
— Он — мантикора, — сказала Артемида. — Надеюсь, до поры до времени он погиб, но чудовища в действительности никогда не умирают. Они снова и снова преображаются, и за ними надо охотиться, как только они появляются вновь.
— Или они будут охотиться за нами, — добавила Талия.
Бьянка ди Анджело вздрогнула.
— Тогда понятно… помнишь, Нико, тех парней, которые прошлым летом пытались напасть на нас в округе Колумбия?
— И тот водитель автобуса, — напомнил Нико. — Ну тот, с бараньими рогами. Я же говорил, что на самом деле его видел.
— Вот почему Гроувер следил за вами, — вступил я. — Чтобы защитить вас, если вы окажетесь полукровками.
— Гроувер? — Бьянка уставилась на него. — Ты что, тоже полубог?
— Ну, скажем так… сатир.
Для доказательства Гроувер сбросил кроссовки и выставил напоказ козлиные копыта. Мне показалось, что Бьянка прямо тут же упадет в обморок.
— Гроувер, обуйся сейчас же! — велела Талия. — Ты ее пугаешь.
— Эй, у меня копыта чистые!
— Бьянка, — начал я, — мы приехали помочь тебе. Вы с Нико нуждаетесь в специальной подготовке, чтобы выжить. Доктор Торн не последний монстр, который встретится на вашем пути. Вам надо ехать в лагерь.
— В лагерь? — переспросила она.
— В Лагерь полукровок, — пояснил я. — Там полукровок обучают науке выживать. Можешь присоединиться к нам и остаться на весь год, если тебе понравится.
— Сестренка, давай поедем! — загорелся Нико.
— Погоди. — Бьянка покачала головой. — Я не…
— Есть другое решение, — сказала Зоя.
— Нет! — вмешалась Талия.
Взгляды Зои и Талии скрестились. Не знаю, о чем шла речь, но между ними явно были нелады. По какой-то неведомой мне причине они всерьез ненавидели друг друга.
— Мы и так взвалили на этих детей непосильную ношу, — заговорила Артемида. — Зоя, мы устраиваем здесь привал на несколько часов. Поставьте палатки. Позаботьтесь о раненых. Заберите вещи наших гостей из школы.
— Да, госпожа.
— Бьянка, ты пойдешь со мной. Я хочу с тобой поговорить.
— А как же я? — спросил Нико.
Артемида задумчиво посмотрела на мальчика.
— А ты пока, пожалуй, научи Гроувера играть в эту игру с карточками, которая тебе так нравится. Уверена, Гроувер будет рад немного развлечь тебя… и таким образом оказать мне услугу.
Гроувер аж подскочил на месте.
— Можете не сомневаться! Пошли, Нико!
Нико с Гроувером углубились в лес, на ходу обсуждая, как зарабатывать очки, выбирать вооружение — словом, всю эту идиотскую муру. Артемида повела смущенную Бьянку вдоль края скалы. Охотницы начали распаковывать свои мешки и устраивать лагерь.
Зоя еще раз зло посмотрела на Талию, после чего направилась надзирать за своими подругами.
Как только она ушла, Талия в отчаянии топнула ногой.
— Ну и нахалки же они, эти охотницы! Они думают, что они такие крутые… Рррр!
— Я на твоей стороне, — сказал я. — Я тоже не доверяю…
— Ах, ты на моей стороне? — в ярости обернулась ко мне Талия. — А о чем ты думал там, в зале, Перси? Решил сам расправиться с доктором Торном? Ты же знал, что он монстр!
— Я…
— Если бы мы объединились, то справились бы с ним, не вовлекая в это дело охотниц. И Аннабет могла бы быть с нами. Об этом ты подумал?
Я сжал зубы. Я подумал, что тоже мог бы кое в чем упрекнуть Талию, но потом поглядел себе под ноги и увидел в снегу что-то темно-синее. Бейсбольную кепку Аннабет с эмблемой «Янкиз».
Талия больше не сказала ни слова. Вытерла стекавшую по щеке слезу и размашистым шагом ушла, оставив меня с затоптанной в снегу кепкой.

* * *

Охотницы в считанные минуты разбили лагерь. Семь больших палаток из серебристого шелка расположились полукругом возле костра. Одна из девушек свистнула в серебряный свисток, и из леса выбежала дюжина белых волков. Они окружили лагерь, как сторожевые псы. Охотницы бродили среди волков, угощая их лакомствами, и вроде бы совершенно их не боялись, но я решил держаться поближе к палаткам. С деревьев за нами следили соколы, огоньки костра плясали в их глазах, и у меня появилось чувство, что они тоже нас охраняют. Даже погода, казалось, подчиняется воле богини. Воздух был по-прежнему морозным, но ветер стих, и снег перестал идти, так что сидеть у костра стало почти приятно.
Почти… Не считая боли в плече и чувства вины, тяжелым камнем легшего на душу. Я не мог поверить, что Аннабет исчезла. И как бы я ни сердился на Талию, нельзя было отделаться от гнетущего ощущения, что она права. Это была моя ошибка.
Что Аннабет хотела сказать мне там, в зале? «Все гораздо серьезнее» — вот что она сказала тогда. Теперь я, пожалуй, никогда этого не узнаю. Я вспоминал, как мы протанцевали с ней полтанца, и на сердце у меня становилось еще тяжелее.
Я видел, как Талия бродит в снегу по окраине лагеря, расхаживает среди волков, ничуточки их не боясь. Она остановилась и, обернувшись, посмотрела в сторону Уэстовер-холла, который, теперь весь темный, маячил за лесом на склоне холма. Интересно, о чем она думала?
Семь лет назад отец обратил Талию в сосну и таким образом спас от гибели. Она не отступила перед армией чудовищ на вершине Холма полукровок, чтобы дать своим друзьям, Луке и Аннабет, время скрыться. Она пребывала в человеческом облике всего несколько месяцев и порой замирала на месте так, что можно было подумать, будто она все еще дерево.
Наконец одна из охотниц принесла мой рюкзак. Гроувер и Нико вернулись с прогулки, и сатир помог мне зафиксировать раненую руку.
— Ничего страшного! — обрадовался Нико.
— Потерпи, — сказал мне Гроувер. — Вот, съешь немного амброзии, пока я промываю рану.
Я поморщился, когда он начал перевязывать руку, но кусочек амброзии помог. На вкус она напоминала домашнее шоколадное пирожное с орехами, и теплота от нее разливалась по всему телу. От нее и волшебного бальзама, каким пользовался Гроувер, боль в плече утихла через пару минут.
Нико рылся в своем рюкзаке, который упаковали для него охотницы, хотя как им удалось незамеченными проскользнуть в Уэстовер-холл — не знаю. Он разложил на снегу несколько игрушечных фигурок — копии греческих богов и героев. Я узнал Зевса с жезлом громовержца, Ареса с копьем, Аполлона в солнечной колеснице.
— Большая коллекция, — сказал я.
— У меня есть почти все, — похвастался Нико, — и их голограммы на карточках! Ну, кроме самых редких.
— Ты давно играешь в эту игру?
— С нынешнего года. — Он нахмурился. — С того времени как…
— Что? — спросил я.
— Забыл. Чудное что-то. — Нико смутился и попытался что-то вспомнить, но потом махнул рукой. — Слушай, можно посмотреть твой меч?
Я показал ему Анаклузмос и объяснил, что ручка превращается в меч, стоит только снять с нее колпачок.
— Здорово! А паста в ней когда-нибудь кончается?
— Хм, вообще-то я не часто пишу ею…
— Ты и вправду сын Посейдона?
— Ну да.
— Значит, ты должен быть отличным серфером, верно?
Я посмотрел на Гроувера, который изо всех сил старался не расхохотаться.
— Ну ты даешь, Нико, я никогда и не пробовал!
Он продолжал задавать вопросы. Много ли я ссорился с Талией, раз уж она дочь Зевса? (На этот вопрос я отвечать не стал.) Если матерью Аннабет была Афина, богиня мудрости, то почему она не придумала ничего лучшего, как грохнуться со скалы? (Тут я с трудом удержался, чтобы не задушить Нико.) Может, Аннабет — моя подружка? (Ох, надо бы скормить этого юного наглеца волкам!)
Мне уже представилось, как он спрашивает меня, сколько хитов я набрал за это время, и я окончательно теряю самообладание, но тут к нам подошла Зоя Ночная Тень.
— Перси Джексон!
У нее были темно-карие глаза и чуть вздернутый нос. Из-за серебряного венчика в волосах и горделивого выражения лица она напоминала особу королевских кровей, так что мне с трудом удалось побороть желание вытянуться в струнку и отрапортовать: «Да, мэм». Зоя смотрела на меня изучающе и с неприязнью, словно я был мешком грязного белья, который ей велели доставить по назначению.
— Пойдем со мной, — сказала она. — Госпожа Артемида желает видеть тебя.

* * *

Зоя подвела меня к последней палатке, ничем не отличавшейся от остальных, и знаком пригласила войти. Бьянка ди Анджело сидела рядом с девушкой с рыжеватыми волосами, которую мне все еще трудно было называть Артемидой.
Внутри палатки царили тепло и уют. На покрытом серебристым ковром полу были разложены подушки. Стоявшая посередине золотая жаровня горела, казалось, без всякого топлива и дыма. Позади богини на подставке из полированного дуба красовался ее большой серебряный лук, покрытый резьбой и напоминающий рога серны. На стенах висели шкуры животных: черного медведя, тигра и какие-то еще, я толком не понял. Я подумал, что у борцов за права диких животных при виде этих редких шкур моментально случился бы сердечный приступ, но поскольку Артемида — богиня охоты, она, вероятно, могла пополнять число отстреленных ею животных, как ей вздумается. Мне показалось, будто рядом с ней лежит еще одна шкура, и только потом я понял, что это живое животное — олень с блестящим мехом и серебряными рогами, его голова покоилась на коленях Артемиды.
— Присоединяйся к нам, Перси Джексон, — сказала богиня.
Я опустился на пол напротив нее. Богиня внимательно посмотрела на меня, отчего мне стало как-то не по себе. Для молодой девушки у нее были такие мудрые, все понимающие глаза…
— Тебя удивляет мой возраст? — спросила она.
— Мм… немного.
— Я могла бы принять облик взрослой женщины, или ослепительного пламени, или всего, что угодно, но я предпочитаю быть такой. Таков средний возраст моих охотниц и всех юных дев, покровительницей которых я являюсь, пока они не сбиваются с пути.
— Сбиваются с пути? — переспросил я.
— Вырастают. Начинают путаться с мальчишками. Становятся глупыми, озабоченными, ненадежными. Забывают себя.
— О!
Зоя села справа от Артемиды. Она смотрела на меня так, как будто все, о чем говорила богиня, — лично моя вина, словно я выдумал все это отвратительное мужское племя.
— Прости моих охотниц, если они не рады твоему появлению, — продолжала Артемида. — Мужчины бывают у нас в лагере весьма не часто. Обычно им запрещено всякое общение с охотницами. Последний мальчик, который был у нас в лагере… — Она посмотрела на Зою. — Кто же он был такой?
— Тот парень из Колорадо, — подсказала Зоя. — Вы превратили его в помесь шакала и антилопы.
— Ах да! — удовлетворенно кивнула Артемида. — Обожаю делать такие вещи. Так или иначе, Перси, я попросила тебя явиться сюда, чтобы ты рассказал мне о мантикоре. Бьянка сообщила кое-какие… мм… тревожные подробности о том, что говорил монстр. Но она могла что-то не понять. Мне хотелось бы услышать твою версию.
И я рассказал ей все как было.
Когда я закончил, Артемида задумчиво положила руку на свой лук.
— Я боялась, что ответ будет именно таким.
— Запах, госпожа? — Зоя подалась вперед.
— Да.
— Какой запах? — спросил я.
— Оживают те, на кого я не охотилась уже тысячу лет, — пробормотала Артемида. — Такая древняя добыча, что я чуть было не запамятовала о ней. — Она внимательно поглядела на меня. — Мы оказались здесь сегодня вечером, почуяв мантикору, но это было не то, что мы искали. Повтори-ка еще раз, дословно, что сказал доктор Торн.
— Мм… «терпеть не могу школьные танцульки».
— Нет-нет, потом.
— Он сказал, что явится некий Генерал, который и объяснит нам все.
Зоя побледнела. Повернувшись к Артемиде, она стала что-то говорить ей, но та подняла руку.
— Продолжай, Перси, — произнесла богиня.
— Ну, когда Торн говорил о Великом Потрясении…
— Сотрясении, — поправила Бьянка.
— Да. И тут он сказал: «Скоро восстанет главное чудовище, которое разрушит самые основы Олимпа».
Богиня стояла неподвижно, так что ее можно было принять за статую.
— Может, он врал, — предположил я.
— Нет. — Артемида покачала головой. — Он не лгал. Я слишком медленно распознавала знаки. Я должна выследить и убить это чудовище.
Зоя изо всех сил старалась не показать, что напугана, однако кивнула.
— Мы выступаем прямо сейчас, госпожа.
— Нет, Зоя. Я должна сделать это одна.
— Но, Артемида…
— Эта задача слишком опасна, даже для охотниц. Ты знаешь, откуда я должна начать поиск. Ты не можешь отправиться туда со мной.
— Как… как вам угодно, госпожа.
— Я найду эту тварь, — поклялась Артемида. — И притащу ее на Олимп к зимнему солнцестоянию. Это будет доказательство, необходимое, чтобы убедить Совет, в какой опасности мы находимся.
— Вы знаете, о каком чудовище идет речь? — спросил я.
— Будем молиться, чтобы я ошибалась. — Артемида взяла свой лук.
— Разве богини могут молиться? — спросил я, потому что действительно никогда не задумывался над этим.
На губах Артемиды мелькнула улыбка.
— Прежде чем я уйду, Перси Джексон, у меня есть для тебя небольшое задание.
— Это как-нибудь связано с превращением в помесь шакала и антилопы?
— Увы, нет. Я хочу, чтобы ты сопроводил охотниц в Лагерь полукровок. Они смогут побыть там в безопасности до моего возвращения.
— Что?! — взвилась Зоя. — Но, Артемида, мы ненавидим это место! Когда мы там были последний раз…
— Да, я знаю, — вздохнула Артемида, — но уверена, что Дионис не затаил на вас зла из-за небольшого… мм, недоразумения. Ты вправе занять восьмой домик, когда захочешь. Кроме того, я слышала, что они восстановили домики, которые вы сожгли.
Зоя пробормотала что-то об этих глупцах из лагеря.
— А теперь осталось принять последнее решение. — Богиня повернулась к Бьянке: — Ты уже сделала свой выбор, девочка?
— Я все еще думаю, — смущенно проговорила Бьянка.
— Постойте-ка, — сказал я. — О чем ты думаешь?
— Они… пригласили меня присоединиться к охоте.
— Что? Но вы не имеете права! Ты должна поехать в Лагерь полукровок, чтобы Хирон занялся твоим обучением. Это единственный способ научиться выживать.
— Для девушки это не единственный способ, — вмешалась Зоя.
Я просто ушам своим не верил!
— Бьянка, лагерь — это так здорово! Там есть конюшня для пегасов, и арена для фехтования, и… что ты выиграешь, присоединившись к охотницам?
— Начнем с бессмертия, — усмехнулась Зоя.
Я ошарашено посмотрел на нее, затем на Артемиду.
— Она шутит, правда?
— Зоя вообще редко шутит, — сказала богиня охоты. — Мои охотницы сопутствуют мне в моих приключениях. Они мои служанки, мои компаньонки, мои сотоварищи по оружию. Как только они принесут клятву верности мне, то действительно становятся бессмертными… если только не падут в битве, что маловероятно. Или нарушат клятву.
— Какую клятву? — спросил я.
— Клятву романтической любви. Не становиться взрослыми, не выходить замуж. Никогда. Навеки оставаться девами.
— Как вы?
Богиня кивнула.
Я попытался представить себе смысл ее слов. Быть бессмертной. Вечно водиться только со школьницами средних классов. Не взрослеть. Вообразить такое было выше моих сил.
— Значит, вы объезжаете страну, набирая полукровок…
— Не только, — прервала меня Зоя. — Госпожа Артемида не признает никакой дискриминации. Всякий, кто достоин сей чести, может присоединиться к богине. Полукровки, нимфы, простые смертные…
— Кто же тогда ты?
— А вот это, дружок, тебя не касается. — Глаза Зои полыхнули гневом. — Суть в том, что Бьянка может присоединиться к нам, если того пожелает. Это ее выбор.
— Бьянка, это просто безумие! — Я с изумлением уставился на нее. — А как же твой брат? Ведь Нико не может стать охотником.
— Конечно нет, — согласилась Артемида. — Он отправится в лагерь. К сожалению, для мальчиков это лучшая участь.
— Эй! — запротестовал я.
— Время от времени ты сможешь видеться с ним, — заверила Бьянку богиня. — Но ты снимаешь с себя всякую ответственность. В лагере есть инструкторы, которые о нем позаботятся. А у тебя будет новая семья. Мы.
— Новая семья, — мечтательно повторила Бьянка. — Никакой ответственности.
— Бьянка, ты не можешь так поступить, — сказал я. — Ты что, рехнулась?
— Это того стоит? — Она посмотрела на Зою.
— Стоит, — кивнула та.
— Что я должна делать?
— Повторяй за мной, — сказала Зоя. — «Вверяю себя покровительству богини Артемиды».
— Я… я вверяю себя покровительству богини Артемиды.
— «Отныне любое мужское общество мне безразлично, я принимаю вечный обет девственности и присоединяюсь к охоте».
Бьянка повторила вслед за Зоей слова клятвы.
— Все правильно?
Зоя кивнула.
— Если госпожа Артемида примет твою клятву, она обретет силу обязательства.
— Я принимаю клятву, — торжественно сказала Артемида.
Пламя в жаровне разгорелось ярче, озарив серебряным светом всю палатку. Бьянка никак не изменилась внешне, только сделала глубокий вдох и широко открыла глаза.
— Я чувствую себя… сильнее.
— Добро пожаловать, сестра, — улыбнулась Зоя.
— Помни о своей клятве, — сказала Артемида. — Перед тобой — новая жизнь.
Я не мог вымолвить ни слова. Я чувствовал себя чужаком, незаконно вторгшимся на запретную территорию. Полный провал. Не верилось, что я проделал такой путь и так натерпелся, только чтобы уступить Бьянку некоему вечному девичьему клубу.
— Не отчаивайся, Перси Джексон, — милостиво проговорила Артемида. — Тебе все еще предстоит показать брату и сестре ди Анджело твой лагерь. И если Нико пожелает, он сможет остаться там.
— Великолепно, — ответил я, стараясь не нагрубить богине. — И как нам туда добраться?
Артемида прикрыла глаза.
— Зоя, рассвет близко, буди лагерь. Вы должны добраться до Лонг-Айленда быстро и безопасно. Я потребую, чтобы вашей поездкой распорядился мой брат.
Зое, похоже, эта мысль пришлась не очень-то по вкусу, но она кивнула и велела Бьянке следовать за ней. Когда они уже уходили, Бьянка помедлила и остановилась передо мной.
— Прости, Перси. Но я так хочу. Правда, правда хочу.
Она ушла, и я остался наедине с двенадцатилетней богиней.
— Значит, — угрюмо произнес я, — доставку обеспечит ваш брат?
— Да, дружок. — Серебристые глаза Артемиды блеснули. — Дело в том, что не у одной Бьянки ди Анджело есть докучливый братец. Тебе пора познакомиться с моим безответственным братом-близнецом, Аполлоном.