Глава 45. Перси — Метка(Знак) Афины 3 книга


 

Перси устал от воды. Если бы он сказал это вслух, то его, возможно, выгнали бы из клуба Юных Морских Скаутов Посейдона, но ему было плевать. После того, как они еле выжили в Нимфее, он хотел выбраться на поверхность. Он хотел быть сухим, сидеть и греться под солнышком сколько влезет и желательно с Аннабет. К сожалению, он не знал, где она была на тот момент.
Фрэнк, Хейзел и Лео пропали на своем задании. Он все еще должен был спасти Нико, надеясь, что парень все еще жив. Ко всему прочему, оставалась маленькая проблемка с гигантами, уничтожающими Рим, и просыпающейся Геей, захватывающей власть над миром.
Серьезно, монстрам и богам уже более тысячи лет. Они что, не могли взять выходной на пару десятков лет и позволить Перси прожить его жизнь спокойно? Очевидно, нет.
Перси шел впереди, пока они сползали по дренажной трубе. Спустя тридцать футов она расширялась в большой тоннель. Слева от них, где-то на расстоянии, Перси слышал грохот и скрип, словно огромной машине требовалась смазка. У него не было абсолютно никакого желания выяснять, что издавало эти звуки, но он понял, что они должны были идти прямо туда. После несколько сотен футов они добрались до поворота тоннеля. Перси вскинул руку, говоря Джейсону и Пайпер подождать. Он заглянул за угол.
Коридор переходил в просторную комнату с потолками в двадцать футов и рядами поддерживающих их колонн. Место было точно такого же парковочно-гаражного типа, какой Перси видел во снах, но теперь больше заставленный всякими штуковинами. Скрип и грохот исходили от огромных шестеренок и систем шкивов, которые поднимали и опускали участки пола без видимой на то причины. Вода текла через открытые траншеи (о, блестяще, опять вода), заставляя работать водяные колеса, которые поворачивали какие-то механизмы. Другие машины соединялись с огромными колесами для грызунов, но внутри них работали адские гончие. Перси сразу вспомнил Миссис О’Лири, как сильно она не хотела бы быть запертой внутри такой штуки. На потолке висели клетки с живым зверьем — львом, несколькими зебрами, кучей гиен и даже восьмиголовой гидрой.
По древнему на вид конвейеру, сделанному из железа, передвигалось на кожаных ремнях множество оружия и доспехов, как на базе амазонок в Сиэтле, за исключением того, что это место было однозначно гораздо старее и организовано не так хорошо.
«Лео бы это понравилось», — подумал Перси. Вся комната словно была одной большой, пугающей, ненадежной машиной.
— Что это? — прошептала Пайпер.
Перси не знал, что ответить. Он не видел гигантов, поэтому жестами позвал друзей подойти и посмотреть. Примерно в двадцати футах, возле дверей, вырезанный из дерева в натуральную величину гладиатор, внезапно появился из пола. Он щелкал и жужжал рядом с ленточным транспортером, потом его захватило веревкой, и он, поднявшись в воздух, исчез в щели в крыше.
— Какого черта? — пробормотал Джейсон.
Они зашли внутрь. Перси оглядел комнату. Там было, по меньшей мере, тысяча вещей, стоящих внимания, большинство из них были на ходу, но одним большим плюсом СВДГ было то, что в хаосе Перси было комфортно.
Примерно в сотне ярдов было возвышение с двумя огромными преторскими креслами. Между ними стоял бронзовый сосуд достаточно большой, чтобы держать в нем человека.
— Посмотрите, — он указал друзьям на него.
Пайпер нахмурилась.
— Слишком просто.
— Естественно, — сказал Перси.
— Но выбора у нас нет, — подытожил Джейсон. — Мы должны спасти Нико.
— Да, — Перси двинулся по комнате, обходя ленточный конвейер и двигающиеся платформы. Адские гончие в колесах для хомячков не обращали на них внимания. Они были слишком заняты бегом, задыхались; их красные глаза горели, словно фары. Животные в других клетках со скукой смотрели на них, словно говоря: «Мы бы вас убили, но нам лень».
Перси старался остерегаться ловушек, но все, на что ни глянь, выглядело ловушкой. Он вспомнил, сколько раз он чуть не умер в Лабиринте пару лет назад. Он очень хотел, чтобы Хейзел была здесь, она бы помогла им с ее подземными навыками (и, конечно, она воссоединилась бы со своим братом).
Они перепрыгнули водяную траншею и пробрались под рядом заключенных в висящие клетки волков. Они прошли половину пути до бронзового сосуда, когда над ними раскрылся потолок.
Платформа опустилась. На ней, словно актер, с высоко поднятой головой и протянутой вверх рукой, стоял гигант с фиолетовыми волосами — Эфиальт.
Как и во сне Перси, Большой Ф был небольшим по стандартам гигантов – примерно двенадцать футов в высоту — но он старался восполнить это кричащим нарядом. Теперь он сменил свой костюм гладиатора на гавайскую рубашку, которую даже Дионис признал бы вульгарной. На ней были изображены яркие фигуры умирающих героев, ужасные пытки и львы, поедающие рабов в Колизее. В волосах гиганта виднелись золотые и серебряные монеты. За спиной он держал десятифутовое копье, которое совсем не сочеталось по стилю с рубашкой. Он одел ярко-белые джинсы и кожаные сандалии на его… ну, не ноги, а извивающиеся змеиные головы.
Змеи высовывали свои языки и корчились так, словно им совсем не нравилось держать на себе вес гиганта.
Эфиальт улыбнулся полубогам, словно он был очень, ОЧЕНЬ рад их видеть.
— Наконец-то! — вскрикнул он. — Я так счастлив! Честно говоря, я не думал, что вы пройдете мимо нимф, но то, что вы смогли… это намного лучше. Гораздо забавней. Вы пришли как раз к главному событию!
Джейсон и Пайпер сомкнули ряды по сторонам от Перси. Их присутствие заставило его почувствовать себя немного лучше. Гигант был меньше многих монстров, с которыми они встречались, но что-то в нем было такое, от чего у Перси побежали мурашки. Глаза Эфиальта горели бешеным огнем.
— Мы пришли, — сказал Перси, что прозвучало как нечто очевидное, как только он произнес это. — Отпусти нашего друга.
— Разумеется! — сказал Эфиальт. — Хотя, боюсь, у него слегка истек срок годности. От, где ты?
Камень отодвинулся в сторону, пол открылся, и другой гигант появился на платформе.
— От, наконец-то! — ликующе прокричал его брат. — Ты не оделся, как я! Ты… — лицо Эфиальта приняло выражение ужаса. — Ты что напялил?!
От выглядел как огромный и самый неуклюжий балерун в мире. Он был одет в облегающее голубое трико, которое Перси не желал надолго задерживать в своей голове. Носки его гиганской танцевальной обуви были отрезаны, чтобы было видно змей. Бриллиантовая тиара (Перси решил быть великодушным и думал о ней, как о короне царя) располагалась в его зеленых, заплетенных а-ля «фейерверк» волосах. Он выглядел угрюмо и ужасно неловко, но умудрился провернуть балетный поклон, что было отнюдь непросто со змеиными ногами и копьем за спиной.
— Титаны и Боги! — завопил Эфиальт. — Время шоу! Каким местом ты думал?
— Я не хотел надевать костюм гладиатора, — пожаловался От. — Я все еще думаю, что балет будет потрясающим шоу, ну ты знаешь, во время Армагеддона.
Он вскинул брови, с надеждой глядя на полубогов.
— У меня есть несколько запасных костюмов…
— Нет! — огрызнулся Эфиальт, и в этот единственный раз Перси с ним согласился. Гигант с фиолетовыми волосами посмотрел на Перси. Он так болезненно усмехнулся, словно его посадили на электрический стул.
— Пожалуйста, простите моего брата, — сказал он. — На сцене он ужасен, да и чувства стиля у него нет.
— Окей, — Перси решил не делать замечания про гавайскую рубашку. — Теперь, наш друг…
— Ах, он, — Эфиальт усмехнулся. — Мы собираемся позволить ему умереть на публике, у него нет развлекающей ценности. Он потратил дни, сворачиваясь в клубок, и просто спал. Разве это спектакль? От, опрокинь сосуд.
От потащился к возвышению, временами останавливаясь, чтобы сделать плие. Он опрокинул сосуд, крышка слетела с него, и Нико ди Анджело выпал наружу. Вид его смертельно бледного, как мел, лица, и очень тощего тела заставил сердце Перси остановиться. Перси не мог сказать, был ли он жив или мертв. Он хотел устремиться вперед и проверить, но Эфиальт стоял на его пути.
— Теперь мы должны поторопиться, — сказал Большой Ф. — Нам нужно пройтись по вашим ролям. Гипогей уже готов!
Перси был готов разрезать гиганта напополам и выбраться оттуда, но От стоял рядом с Нико. Если битва начнется, Нико будет не в состоянии защитить себя. Перси должен был дать ему время, чтобы восстановиться.
Джейсон поднял свой золотой гладиус.
— Мы не собираемся быть частью какого-либо шоу, — сказал он. — И что за Гипо… как-там-ты-его-назвал?
— Гипогей! — сказал Эфиальт. — Ты римский полубог, разве не так? Ты должен знать! Хотя, я предполагаю, если это мы делали всю нашу работу правильно, то вам не должно быть известно, что Гипогей существует.
— Я знаю это слово, — сказала Пайпер. — Это место под Колизеем. В нем находятся специальные машины и механизмы для создания спецэффектов.
Эфиальт с энтузиазмом захлопал в ладоши.
— Точно! Ты студентка в театре, моя девочка?
— Эм… мой папа — актер.
— Замечательно! — Эфиальт повернулся к брату. — Ты слышал, От?
— Актер, — пробормотал От. — Все актеры. Никто не умеет танцевать.
— Тихо! — поругал его Эфиальт. — В любом случае, моя девочка, ты абсолютно права, но наш Гипогей — нечто намного большее, нежели закулисье Колизея. Вы слышали, что в древние времена гиганты были заключены в тюрьму под землей, и время от времени становились причиной землетрясений, когда пытались выбраться наружу? Ну, так мы сделали кое-что получше! От и я были в тюрьме под Римом вечность, но мы продолжали строить наш собственный Гипогей. Теперь мы готовы поставить величайший спектакль, когда-либо виденный Римом — и самый последний!
У ног Ота, Нико вздрогнул. Перси почувствовал, словно адская гончая на колесе для грызунов где-то в его груди вновь зашевелилась. По крайне мере, Нико был жив. Теперь им нужно было просто победить гигантов, желательно, не уничтожив при этом Рим, выбраться отсюда и найти своих друзей.
— Так… — начал Перси, стараясь сохранить внимание гигантов на себе, — вы что-то говорили про наши роли.
— Да! — ответил Эфиальт. — Я знаю, что наш дар предусматривает то, что ты и девчонка Аннабет должны по возможности оставаться живыми, но, честно говоря, она уже обречена, так что я надеюсь, что ты не возражаешь, если мы слегка отклонимся от плана.
Во рту Перси появился привкус той ужасной воды нимф.
— Уже обречена. Ты же не имеешь в виду, что она…
— Мертва? — спросил гигант. — Нет. Пока нет. Но не волнуйтесь! Видите ли, у нас заперты другие ваши друзья.
Пайпер будто задыхалась.
— Лео? Хейзел и Фрэнк?
— Они самые, — согласился Эфиальт. — Мы можем взять их для жертвоприношения. Мы можем позволить дочери Афины умереть, что порадует Ее Светлость. А вас троих мы можем использовать для шоу! Гея будет слегка расстроена, но вариант все равно беспроигрышный. Ваши смерти будут прекрасным развлечением.
— Хочешь развлечения? — прорычал Джейсон. — Ты его получишь.
Пайпер шагнула вперед. Она как могла мило улыбнулась.
— У меня есть идея получше, — сказала она гигантам. — Почему бы вам не отпустить нас? Это будет невероятный поворот. Замечательная развлекательная ценность, и она докажет миру, насколько вы круты.
Нико зашевелился. От посмотрел на него. Его змеиные ноги защелкали языками у головы Нико.
— У тому же! — быстро сказала Пайпер. – К тому же, мы могли бы станцевать что-нибудь, пока будем сбегать. Возможно, балетную постановку!
От сразу совсем забыл о Нико. Он неуклюже повернулся и погрозил Эфиальту пальцем.
— Видишь? Это как раз то, про что я говорил тебе! Это будет невероятно!
На секунду Перси подумал, что Пайпер справится с задачей. От умоляюще смотрел на брата. Эфиальт почесывал подбородок, словно раздумывая над идеей. В конце концов, он покачал головой.
— Нет… нет, я боюсь, нет. Видишь ли, девочка моя, я — анти-Дионис. У меня есть репутация, которую нужно поддерживать. Дионис думает, он знает все о вечеринках? Он ошибается! Его пирушки банальны по сравнению с тем, что могу сделать я. Например, тот старый трюк, когда мы нагромождали горы одну на другую, чтобы достичь Олимпа…
— Я же говорил тебе, что это не сработает, — пробормотал От.
— И другой, когда мы с братом оделись в мясо и бежали через полосу препятствий с драконами…
— Ты сказал, что канал Гефест ТВ покажет это в прямом эфире, — заметил От. – Никто меня даже не увидел.
— В общем, этот спектакль будет даже лучше, — пообещал Эфиальт. — Римляне всегда хотели хлеба и зрелищ — еды и развлечений! Когда мы уничтожим город, я предложу им и то и другое. Вот это дело!
Что-то упало с потолка и приземлилось у ног Перси: буханка хлеба для сандвичей в белой пластмассовой обертке с красными и желтыми пятнами.
Перси подобрал его.
— «Чудо-хлебушек»?
— Он великолепен, не так ли? — в глазах Эфиальта появилось дикое изумление. — Можешь оставить себе. Я планирую распространить миллионы таких жителям Рима, когда уничтожу их.
— «Чудо-хлеб» хорош, — признал От. — Хотя римляне должны станцевать, чтобы получить его.
Перси глядел на Нико, который зашевелился. Перси хотел, чтобы он был хотя бы достаточно в сознании, чтобы уползти от места, где начнется битва. И сыну Посейдона нужна была информация от гигантов про Аннабет и местоположение остальных его друзей.
— Возможно, — отважился рискнуть Перси. — Вам лучше бы привести остальных наших друзей сюда. Вы знаете… захватывающие смерти… чем больше, тем веселее, правда ведь?
— Хмм… — Эфиальт возился с пуговицей на его гавайской рубашке. — Нет. Слишком поздно менять хореографию. Но не бойтесь. Представление будет потрясающим! А, заметьте… это не современный тип представлений в цирке. Миру нужны клоуны, а я их ненавижу.
— Все ненавидят клоунов, — сказал От. — Даже сами клоуны ненавидят других клоунов.
— Точно, — согласился его брат. — Но у нас гораздо лучше спланированное представление! Вы трое умрете в агонии там, наверху, где все боги и смертные смогут наблюдать. Но это только церемония открытия! В прежние времена, игры продолжались днями или неделями. Наш спектакль — уничтожение Рима — будет длиться целый месяц до тех пор, пока не пробудится Гея.
— Подождите, — прервал Джейсон. — Один месяц, и Гея проснется?
Эфиальт отмахнулся от вопроса.
— Да, да. Что-то о первом августе, как о лучшей дате для уничтожения человечества. Но не суть! В своей бесконечной мудрости, Мать-Земля решила, что Рим может быть уничтожен первым, медленно и эффектно. Как и следует сделать!
— Так… — Перси не мог поверить, что говорит о конце света с буханкой «Чудо-хлебушка» в руках. — Вы у Геи на разогреве.
Лицо Эфиальта потемнело.
— Это не разогрев, полубог! Мы выпустим диких животных и монстров на улицы. Наш специальный отдел по спецэффектам устроит пожары и землетрясения. Воронки и вулканы будут беспорядочно появляться из ниоткуда! Привидения повалят валом.
— Эта штука с привидениями не сработает, — подметил От. — Наша фокус-группа говорит, что она не потянет рейтинги.
— Неверующие! — прокричал Эфиальт. — Этот Гипогей может заставить работать что угодно!
Эфиальт рванул к большому столу, усеянному бумагой. Он смахнул листы, показывая комплекс рычагов и кнопок, почти так же сложно устроенных, как контрольная панель Лео на Арго II.
— Эта кнопка? — сказал Эфиальт, тыча пальцем в панель. — Эта кнопка выпустит дюжину бешеных волков на Форум. А эта призовет гладиаторов-автоматонов сражаться с туристами у фонтана де Треви. Эта заставит Тибр выйти из берегов, и мы сможем устроить морской бой прямо на площади Навона! Как сын морского бога, ты, Перси Джексон, должен оценить это!
— Эм… Я все еще думаю, что идея отпустить нас отсюда гораздо лучше, — сказал Перси.
— Он прав, — Пайпер попыталась вновь. — Иначе начнется это противоборство. Мы сражаемся с вами. Вы сражаетесь с нами. Мы рушим ваши планы. Вы знаете, недавно мы победили многих гигантов. А я ненавижу, когда вещи выходят из-под контроля.
Эфиальт задумчиво кивнул.
— Ты права.
Пайпер моргнула.
— Правда?
— Мы не можем позволить вещам выйти из-под контроля, — согласился гигант. — Время должно быть рассчитано идеально. Но не волнуйтесь. Я сделаю вашу смерть танцем. Вам понравится.
Нико стал отползать в сторону, стоная. Перси хотел, чтобы он двигался быстрее и стонал поменьше. Он даже думал было бросить в него этот хлеб.
Джейсон вновь поднял свой меч.
— А если мы откажемся участвовать в вашем спектакле?
— Ну, вы не можете убить нас, — рассмеялся Эфиальт, словно идея была нелепой. — С вами нет богов, а они — ваша единственная надежда на победу. Так что, правда, вам будет разумнее умереть в мучениях. Извините, но show must go on.
Этот гигант был даже хуже, чем морской бог Форкий в Атланте, как позже понял Перси. Эфиальт не был таким уж анти-Дионисом. Он был Дионисом, помешанным на стероидах. Конечно, Дионис был богом шумного веселья и неконтролируемых вечеринок, а Эфиальт просто бесчинствовал и уничтожал ради удовольствия.
Перси глянул на друзей.
— Рубашка этого парня мне порядком надоела.
— Время сражаться? — Пайпер схватила свой рог изобилия.
— Ненавижу «Чудо-хлебушек», — сказал Джейсон.
Одновременно они пошли в атаку.