Глава 26. Пайпер — Метка(Знак) Афины 3 книга


 

Следующим утром Пайпер проснулась от гудка другого корабля — грохот был настолько сильным, что буквально вытряхнул ее из кровати. Она задумывалась, не выдал ли Лео какую-нибудь очередную шутку… Затем сигнал прогудел снова. Он звучал так, словно находился в несколько сотен ярдах от них, где-то на другом судне. Она поспешила одеться. К тому времени, когда она поднялась на палубу, все уже собрались. Все поспешно оделись, за исключением Тренера Хеджа, который стоял на страже всю ночь.
Майка Фрэнка с надписью: «Ванкуверские Зимние Олимпийские Игры» была одета наизнанку. Перси был одет в пижамные штаны и бронзовый нагрудник, что было весьма интересным заявлением моде. Волосы Хейзел были все на одной стороне, как будто она прошла через циклон; и Лео случайно поджег себя. Его футболка была похожа на обугленные клочья. Его руки дымились. Примерно в сотне ярдов от порта, мимо скользил массивный круизный лайнер.
Туристы махали им с пятнадцати или шестнадцати рядов балконов. Некоторые улыбались и делали фотографии. Никто из них не удивился, увидев древних греков на триреме. Возможно, Туман делал его похожим на рыбацкую лодку или, возможно, крейсер подумал что Арго II является туристической достопримечательностью. Круизный лайнер прогудел снова, и Арго II задрожал.
Тренер Хедж заткнул уши.
— Они должны быть такими громкими?
— Думаю, они просто хотят поздороваться, — размышлял Фрэнк.
— Что?! — крикнул в ответ Хедж.
Корабль прошел мимо них, выходя в море. Туристы продолжали махать руками в знак приветствия. Если они и находили странным, что Арго II был наполнен полусонными детьми в доспехах и пижамах и с мужчиной с козлиными ногами, то они просто этого не выказывали.
— До свидания! — попрощался Лео, поднимая дымящуюся руку.
— Парень, я могу использовать баллистику? — спросил Хедж.
— Нет, — сказал Лео с натянутой улыбкой.
Хейзел потерла глаза и посмотрела на сверкающую зеленую воду.
— Где-о-о…Ого.
Пайпер проследила за ее взглядом и ахнула. Без круизного судна, блокирующего их взгляд, она увидела горы, торчащие из моря, менее чем в полумиле к северу. Пайпер уже не раз видела впечатляющие скалы. Она ездила по Первому Шоссе вдоль берега Калифорнии. Она даже падала в Гранд Каньон вместе с Джейсоном и взлетала вверх. Но это не было так замечательно, как массивный кулак ослепляющих белых скал, вздымающихся в небо. С одной стороны известняковые скалы были почти полностью отвесными, падая в море на более тысячи футов ниже, настолько близко, нисколько Пайпер могла рассмотреть. На другой стороне горные склоны были покрыты зелеными лесами в несколько ярусов, так что все это напоминало Пайпер огромного Сфинкса, стертого в течение тысячелетий, с массивной белой головой и грудью, и зеленым плащом за его спиной.
— Гибралтарская скала, — с трепетом сказала Аннабет. — На краю Испании. А вон там, — она указала на юг, на более отдаленный участок красных и оранжевых холмов. — Это, должно быть, Африка. Мы в устье Средиземного моря.
Утро было теплое, но Пайпер вздрогнула. Несмотря на широкий участок моря перед ними, она чувствовала, как будто стояла рядом с непроходимой преградой.
Миновав Средиземное море, они окажутся в древних землях. Если легенды говорили правду, тогда их поиск становился в десять раз опаснее.
— Что теперь? — спросила она. — Мы проплывем?
— Почему бы и нет? — сказал Лео. — Это большой судоходный канал. Лодки постоянно ходят туда и обратно.
«Но не трирема полная полубогов», — подумала Пайпер.
Аннабет смотрела на Гибралтарские скалы. Пайпер знала это задумчивое выражение лица. Это практически всегда означало, что Аннабет находится в ожидании неприятностей.
— В старые времена, — сказала Аннабет. — Они называли эту зону столбами Геркулеса. Скала, полагается, является первым столбом. Другой располагался на одной из африканских гор. Никто не был уверен, на какой именно.
— Геркулес, да? — Перси нахмурился. — Этот парень словно древнегреческий «Старбакс». Куда бы ты не повернулся — там и он.
Мощный грохот сотряс Арго II, и на этот раз Пайпер была не уверена, откуда он шел. На горизонте не было никаких кораблей, небо было ясным. У нее во рту вдруг пересохло.
— Так… эти столбы Геркулеса… они опасны?
Аннабет все еще смотрела на белые скалы, как будто ожидая, что метка Афины вдруг запылает.
— Для греков, столбы означали конец известному миру. Римляне говорили, что на столбах были написаны латинские предупреждения…
— Non Plus Ultra, — сказал Перси.
Аннабет взглянула на него с удивлением.
— Да. «Дальше некуда». Откуда ты знаешь?
Перси указал рукой в сторону.
— Потому что я смотрю на это.
Непосредственно перед ними, в средине пролива, мерцал остров. Пайпер была уверена в том, что раньше острова там не было. Это была небольшая холмистая масса земли, покрытая лесами и окруженная белыми пляжами. Не очень впечатляло по сравнению с Гибралтарской скалой, но в передней части острова примерно в ста ярдах от берега виднелись две белые греческие колонны, торчащие из волн. Высотой они были равны мачте Арго II. Под водой, между колоннами сверкали огромные серебряные слова «NON PLUS ULTRA», возможно, иллюзия, а, возможно, они были инкрустированы в песок.
— Ребята, я поворачиваю корабль? — нервно спросил Лео. — Или…
Никто не ответил. Возможно потому, что, как и Пайпер, они заметили фигуру, стоящую на берегу. Когда корабль приблизился к колоннам, она увидела темноволосого мужчину в пурпурной мантии, скрестившего руки на груди, пристально смотревшего на их корабль, как если бы он уже давно ожидал их прибытия. Пайпер не могла многое сказать о нем с такого расстояния, но судя по его положению, он был не очень счастлив.
Фрэнк резко вдохнул.
— Может ли это быть…?
— Геркулес, — продолжил Джейсон. — Самый сильный полубог всех времен и народов.
Сейчас Арго II находился всего в нескольких сотнях ярдов от колонн.
— Нужен ответ, — сказал Лео в срочном порядке. — Я могу повернуть корабль или мы можем взлететь. Стабилизаторы снова работают. Но мне нужен ответ… быстро…
— Мы должны продолжать идти вперед, — сказала Аннабет. — Я думаю, что он охраняет этот пролив. Если это действительно Геркулес, тогда от плаванья или от полета не будет никакой пользы. Он хочет поговорить с нами.
Пайпер едва удержалась, чтобы не использовать очарование. Она хотела кричать Лео: «Летим! Вытащи нас отсюда!». К сожалению, у нее было ощущение, что Аннабет была права. Если они хотели пройти в Средиземное море, они не могли избежать этой встречи.
— Но Геркулес на нашей стороне? — спросила она с надеждой. — Я имею в виду… он один из нас, верно?
Джейсон хмыкнул.
— Он был сыном Зевса, но после смерти стал богом. Никогда нельзя быть уверенным насчет богов… мало ли, что им взбредет в голову.
Пайпер вспомнила свою встречу с Бахусом в Канзасе — другой Бог, который раньше был полубогом. Он точно не был полезен.
— Отлично, — сказал Перси. — Семеро против одного.
— И сатир! — добавил Хедж. — Мы можем побороть его.
— У меня есть идея получше, — сказала Аннабет. — Мы отправим послов на берег. Небольшая группа — один или два человека, не больше. Попробуем поговорить с ним.
— Я пойду, — сказал Джейсон. — Он сын Зевса. Я сын Юпитера. Возможно, он будет ко мне дружелюбен.
— Или, может быть, он ненавидит тебя, — предположил Перси. — Сводные братья обычно не ладят друг с другом.
Джейсон нахмурился.
— Спасибо тебе, мистер Оптимист.
— Это стоит того, что попробовать, — сказала Аннабет. — По крайней мере, Джейсон и Геркулес имеют что-то общее. И нам нужен наш лучший дипломат. Кто-то, кто умеет красиво говорить.
Все взоры обратились к Пайпер. Она старалась избежать крика и прыжка за борт. Плохое предчувствие грызло ее изнутри. Но если Джейсон сойдет на берег, она хотела бы быть с ним. Может быть, этот могущественный бог мог оказаться полезным. Им же должна сопутствовать удача хотя бы изредка, не так ли?
— Хорошо, — сказала она. — Просто дайте мне переодеться.
После того, как Лео опустил якорь Арго II между столбами, Джейсон вызвал ветра, чтобы перенести себя и Пайпер на берег. Мужчина в фиолетовом ожидал их.
Пайпер слышала тонны рассказов о Геркулесе. Она видела несколько фильмов и мультиков о его подвигах. До сегодняшнего дня, если бы она думала о нем вообще, она бы только закатила глаза и представила бы себе глупого волосатого парня тридцати лет, с мощной грудью, крупной хиппи-бородой, со шкурой льва на голове и большой дубиной, как у пещерного человека. Ей казалось, что он будет плохо пахнуть, отрыгивать и много чесаться, а говорить, в основном, похрюкивая.
Она не ожидала того, что увидела. Его ноги были босые и покрытые белым песком. Роба сделала его похожим на священника, хотя Пайпер не могла точно вспомнить, священники какого звания носили фиолетовое. Это были кардиналы? Епископы? Или фиолетовый цвет означал, что он был римской версией Геркулеса, а не греческой? Его борода была модно пострижена, как у папы Пайпер и его друзей — актеров, которые не брились в течение двух дней, но по-прежнему выглядели круто. Он был хорошо сложен, но не слишком коренаст. Его черные волосы были пострижены в римском стиле. У него были удивительные голубые глаза, как у Джейсона, но его кожа была медного цвета, как будто он провел всю свою жизнь в солярии. Самое удивительное: он выглядел на двадцать лет. Безусловно, не старше. Он был сурово красив и совсем не похож на пещерного человека. У него и в самом деле была дубина, которая лежала на песке рядом с ним, но это было больше похоже крупную бейсбольную биту пяти футов длиной — полированный цилиндр из красного дерева с кожаной рукояткой и бронзовыми шипами. Сам тренер Хедж позавидовал бы.
Джейсон и Пайпер приземлились на краю прибоя. Они направились к нему медленно и осторожно, пытаясь не делать лишних шагов. Геркулес смотрел на них без каких-либо конкретных эмоций, как если бы они были той или иной формой морских птиц, которых он раньше никогда не замечал.
— Здравствуйте, — сказала Пайпер. Всегда стоит начинать с хорошего.
— Как делишки? — спросил Геркулес. Его голос был глубоким, но не особенным, а самым обычным и очень современным. Он мог бы поприветствовать их в раздевалке школы.
— Ну, не очень хорошо, — Пайпер поморщилась. — Ну, на самом деле, нормально. Я Пайпер. Это Джейсон. Мы…
— Где твоя львиная шкура? — перебил её Джейсон.
Пайпер хотела ткнуть его локтем, но во взгляде Геркулеса не было ни капли раздражения.
— Здесь тридцать два градуса тепла,— сказал он. — Зачем мне сейчас моя львиная шкура? А ты одеваешь шубу на пляж?
— Понимаю, — голос Джейсона звучал разочарованно. — Просто на всех картинах тебя всегда изображают со львиной шкурой.
Геркулес укоризненно посмотрел на небо, будто хотел переговорить со своим отцом, Зевсом.
— Не верь всему, что ты слышал обо мне. Быть знаменитым — это не так весело, как тебе кажется.
— И не говори, — вздохнула Пайпер.
Геркулес зафиксировал свои блестящие голубые глаза на ней.
— Ты известна?
— Мой отец… он снимается в кино.
Геркулес зарычал.
— Только не нужно про кино. Олимпийских богов всегда показывают неверно. Ты видела хотя бы один фильм про меня, где я похож на себя?
Пайпер пришлось признать, что он был прав.
— Я удивлена, что вы так молоды.
— Ха! Бессмертие помогает. Но, да, я был не очень стар, когда умер. Не по вашим современным стандартам. Я совершил множество геройских подвигов в своё время… действительно очень много. — Его глаза переметнулись на Джейсона. — Сын Зевса, да?
— Юпитера, — сказал Джейсон.
— Не велика разница, — заворчал Геркулес. — Отец раздражителен в любой форме. Что насчет меня? Я был назван Гераклом. Затем римляне пришли и назвали меня Геркулесом. Я не очень-то и изменился, хотя в последнее время… мысли об этом вызывают у меня головную боль.
Левая сторона его лица содрогнулась, одежда замелькала, на мгновение побелела, а затем обратно стала фиолетовой.
— В любом случае, — сказал Геркулес. — Если ты сын Юпитера, ты можешь меня понять. Это большое давление. Всего всегда мало. В конце концов, это может заставить кого-угодно разорваться.
Он повернулся к Пайпер. Она чувствовала, как будто тысяча муравьев поползли вверх по ее спине. Была некая смесь печали и тьмы в его глазах, что казалось вполне ненормальным и определенно ненадежным.
— Что касается тебя, моя дорогая, — сказал Геркулес. — Будь осторожна. Сыновья Зевса могут быть… впрочем, неважно.
Пайпер понятия не имела, что это значит. Внезапно, ей захотелось оказаться от этого бога настолько далеко, насколько это было возможно, но она старалась сохранять спокойное и вежливое выражение лица.
— Так, Мистер Геркулес, — начала она. — Нам поручено задание. Мы хотели бы получить ваше разрешение на проход в Средиземное море.
Геракл пожал плечами.
— Я здесь именно для этого. После того, как я умер, папа сделал меня привратником Олимпа. Я подумал: «Чудесно! Олимпийская служба! Гулянки все время!». Только он не упомянул о том, что я должен буду охранять двери в древние земли, вот так я и застрял на этом острове до конца веков вечных. Очень весело.
Он указал на столбы, поднимающиеся над прибоем.
— Тупые столбы. Некоторые люди утверждают, что я создал целый Гибралтарский пролив, распихивая горы. Другие говорят, что горы являются столбами. Что это за куча Авгиева навоза? Столбы — это столбы.
— Окай, — сказала Пайпер. — Естественно. Так что… мы можем пройти?
Бог почесал свою модно остриженную бороду.
— Ну, для начала я должен дать вам стандартное предупреждение о том, как опасны древние земли. Не каждый полубог может выжить в Средиземном море. Из-за этого, я должен поручить вам задание. Вы должны доказать, что вы достойны… бла, бла, бла. Честно говоря, мне до этого нет никакого дела. Обычно, я поручаю полубогам что-то простое, типа похода по магазинам, пение веселых песенок… что-то в этом роде. После всех тех подвигов, которые мне пришлось совершить для моего злого двоюродного брата Эврисфея, ну… я не хочу быть таким парнем, понимаете?
— Мы ценим это, — сказал Джейсон.
— Эй, да без проблем.
Геркулес говорил расслаблено и спокойно, но он все равно заставил Пайпер нервничать. Этот темный блеск в его глазах напомнил ей древесный уголь, пропитанный керосином, готовый загореться в любой момент.
— Так или иначе, — сказал Геркулес. — В чем смысл вашего поиска?
— Гиганты, — ответил Джейсон. — Мы едем в Грецию, чтобы не дать им пробудить Гею.
— Гиганты, — пробормотал Геркулес. — Я ненавижу этих парней. Еще когда я был полубогом-героем… ах, неважно. Итак, какой бог устроил все это? Папа? Афина? Может быть, Афродита?
Он поднял бровь и посмотрел на Пайпер.
— Смотря на тебя, такую хорошенькую, я догадываюсь, кто твоя мать.
Пайпер должна была думать быстрее, но Геркулес выбил ее из колеи. Слишком поздно она поняла, что разговор превратился в минное поле.
— Гера послала нас, — сказал Джейсон. — Она собрала нас вместе, чтобы…
— Гера.
Внезапно выражение лица Геркулеса стало похожим на Гибралтарские скалы, твердым, неумолимым и каменным.
— Мы ненавидим ее тоже, — быстро добавила Пайпер. Боги, почему она не подумала об этом раньше? Гера была смертельным врагом Геракла. — Мы не хотим помогать ей. Но она не дала нам выбора…
— Но вы все равно здесь, — сказал Геркулес, и все его дружелюбие как рукой сняло. — Извините, конечно. Мне все равно, насколько важен ваш поиск. Я никогда не делаю того, чего хочет Гера. Никогда.
Джейсон выглядел озадаченным.
— Но я думал, что ты помирился с ней, когда стал богом.
— Как я уже сказал, — проворчал Геркулес. — Не верьте всему, что вы обо мне слышали. Если вы хотите пройти в Средиземное море, я боюсь, что должен дать вам экстра-жесткое задание.
— Но мы же… братья, — возразил Джейсон. — Гера испортила и мою жизнь тоже. Я понимаю…
— Ты ничего не понимаешь, — холодно прервал его Геркулес. — Моя настоящая семья мертва. Вся моя жизнь потрачена на нелепые поиски. Моя вторая жена погибает, после того, как обманом отравляет меня и оставляет болезненно умирать. И моя компенсация? Я становлюсь незначительным богом. Бессмертным… поэтому я никогда не смогу забыть свою боль. Застрявший здесь, как привратник, швейцар… олимпийский дворецкий. Нет, ты не понимаешь. Единственный бог, который хоть как-то может понять меня — это Дионис. И, по крайней мере, он изобрел что-то полезное. А мне нечего показать, кроме плохой экранизации моей жизни.
Пайпер заговорила с очарованием в голосе:
— Это ужасно грустно, Мистер Геркулес. Но, пожалуйста, пропустите нас. Мы не плохие люди.
Она думала, что ей удалось. Геркулес колебался. Тогда его челюсть напряглась, и он покачал головой.
— На противоположной стороне этого острова вы найдете реку. Посреди этой реки живет старый бог Ахелой.
Геркулес ожидал, что эта информация отправит их в пучину страха.
— И…? — спросил Джейсон.
— И, — сказал Геркулес. — Я хочу, чтобы вы вырвали его другой рог и принесли мне.
— У него есть рога, — сказал Джейсон. — Подожди, другой рог? Что за…?
— Разберетесь, — отрезал бог. — Вот, это должно помочь.
Он сказал слово «помочь» так, словно это означало адскую боль. Геракл вытащил из своей робы небольшую книгу и бросил ее в сторону Пайпер. Она едва поймала ее.
Глянцевая обложка книги показывала фотографический монтаж греческих храмов и улыбающихся монстров. Минотавр показывал большой палец. Название гласило: «Руководство Геркулеса по Средиземному морю».
— Принесите мне тот рог до заката, — сказал Геркулес. — Только вы двое. Нельзя обращаться к друзьям. Ваш корабль должен оставаться на месте. Если вам удастся выполнить мое поручение, тогда вы сможете пройти в Средиземное море.
— А если не удастся? — спросила Пайпер, уверенная в том, что не хочет слышать ответ.
— Ну, Ахелой убьет вас, это очевидно, — сказал Геркулес. — И я сломаю ваш корабль пополам голыми руками, отправив всех ваших друзей в могилу.
Джейсон переступил с ноги на ноги.
— Не могли бы мы просто спеть веселую песню?
— Я ухожу, — холодно ответил Геракл. — Закат. Или ваши друзья мертвы.